Ответить
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 24 апреля 2013 13:20

    Людмила Петрановская

    Отдавая душу

    29 января, 2010
    Сегодня по телефону издательства "Студио-диалог", которое выпустило "В класс пришел приемный ребенок", позвонила некая пожилая женщина в очень взвинченном состоянии. Она начала читать книжку и прочла только первую страницу. Про то, что детив детских домах жили как в резервации.
    Она кричала, что это ложь и оскорбление, что она всю жизнь проработала в детском доме, что она соберет своих коллег, директоров детских домов на пенсии, котрые посвятили свою жизнь несчастным детям, отдавали душу, и они напишут туда, и сюда и еще много чего предпримут. Долго ругалась.

    И я понимаю, что очень сложные у меня чувства по отношению к этим людям.
    С одной стороны, да, они жизнь посвятили. Ансамбли песни и пляски организовывали. Репродукции художников-передвижников вешали на стены. Ремонт выбивали. Детям объясняли, как правильно жить, и как нет. С курением боролись и про пионеров-героев рассказывали. Сидели допоздна в своих кабинетах под портретными рамами, в которых сменялись физиономии вождей, год за годом, многие больше полувека. Многие без своих семей остались.
    И с их точки зрения я -- молодая нахалка, которая и дня там не проработала и так легко, резким словцом обесцеинвает всю их жизнь. Да не только я, а все теперь кинулись хаять детдома и говорить про них, что резервация, что тюрьма, и вообще юдоль страданий.

    С другой, как вспомню девочку Машу из моего подшефного дд еще в студенческие годы (этак 86-87 был), которая гуляла в мае -- в ташкентском мае! -- в трусах и в зимних ботинках на меху. Потому что сандаль у нее порвался "давно", и никому не было дела.
    Или девочку Равшанию, малюсенькую хорошенькую татарочку семи лет. Когда мы с девчонками пришли, ребенок лежал на парте и тяжело дышал. Температура была такая, что чувствовалась за полметра. В классе взрослых никого. Мы у ребят спрашиваем -- что ж вы воспитателей не позовете, ей же плохо совсем? Они на нас странно так посмотрели. Мы побежали по этажам и нашли воспитателей. Теперь они на нас странно посмотрели: они были заняты -- пили чай. "Ну, в понедельник врач будет -- сказали нам -- сегодня она ушла уже". Была пятница, 4 часа дня.
    Или праздничный концерт для комиссии, к которому всех детей переодели в новое и одинаковое. Весь концерт мы бегали между залом и туалетом для мальчиков, потому что петли на новых штанишках не расстегивались и малыши плакали от отчаяния: воспитательница рыкнула: "Кто намочит -- получит", а ходить с ними в туалет помогать, естественно, не собиралась. Дети на концерте пели "Бухенвальдский набат". Мороз по коже помню до сих пор от невольных ассоциаций.
    А еще помню большую картонную коробку, из которой детям перед душем (раз в неделю) выдавали чистые трусы. Вперемежку и не гллядя-- девочкам, мальчикам. Детям ВОСЬМОГО класса. Девочки краснели и быстро прятали трусы за спину. Мальчики прятали смущение гоготом.

    Так вот, в этом детдоме был ансамбли песни и пляски. И картины передвижников. И директор очень боролся с курением. А потртет у него висел даже не вождя, а самого Макаренко. Большой был поклонник. А еще всякие вымпелы и грамоты и другие знаки того, что он да, душу отдавал. И работал хорошо.

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Морж Senior Member
    офлайн
    Морж Senior Member

    26462

    20 лет на сайте
    пользователь #234

    Профиль
    Написать сообщение

    26462
    # 24 апреля 2013 13:24

    Фиджа, что к чему?

    Чисто не там, где убирают, а там, где не мусорят!!!
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 24 апреля 2013 13:52

    Морж, "приемный ребенок" - он чаще всего именно оттуда. Поэтому начать тему имеет смысл с того, зачем вообще нужно приемное родительство и почему нельзя всех детей без родителей просто взять и оставить в богатых и счастливых ДДомах.

    Маргарита Багинская

    ЗИМНИЙ САД - ЗАПИСКИ ПСИХОЛОГА ДЕТСКОГО ДОМА

    НОЧНОЕ ДЕЖУРСТВО.

    Сегодня буду ночевать в своём кабинете. За шкафом поставила мышеловку, нестерпимо пахнет мышиной мочой от обшивки дивана. На клей от грызунов налипло множество тараканов. Окна забиты огромными гвоздями, чтобы воспитанники не выпрыгнули, приказ директора. Форточки нет, открыть створку окна не удаётся: рамы дряхлые, дёрну — развалятся. Ножницами отдираю штапик, выставляю маленькое стекло и жадно втягиваю в себя свежий воздух.

    На улице ещё светло, домашние дети вовсю резвятся в садике под моими окнами. Но за этими стенами — другой мир. После 20—00 входные двери закрываются, всех загоняют в душные спальни убивать время.

    За стеной звуки старого скрипящего магнитофона и так любимая девчонками песня из сериала «Не родись красивой». «Оставайся сама собой»,- дерзко в лицо пожилой воспитательнице поёт Настя. Лицо девчонки безвкусно размалевано дешевой косметикой, голос сиплый от частого курения, волосы выжжены краской. «Девки, айда хавать»,- и через две ступени подросток мчится вниз, в столовую, подруги гурьбой следом.

    Они не реагируют на оскорбления Грымзы (это кличка воспитательницы — Анны Ивановны). Клички есть у всех взрослых и детей. Анна Ивановна из «своих»: одинока, муж умер, сын утонул. Часто болеет, но на больничный не ходит: страшно дома одной. Девчонкам это понятно. Они не жалеют Грымзу, у них это чувство в отношении ко взрослым не развито.

    «Все взрослые — враги!». Так мне в лицо однажды крикнула Рая Гнутая. Брошенная матерью, внешне очень некрасивая, с заячьей губой, косыми глазами, 14-летняя девочка озлоблена на весь свет.

    Долго она с подругами пыталась меня вывести из себя. Однажды ворвалась в кабинет с требованием: «Занимайтесь с нами, Вы обязаны!». Стала проводить с ними тренинг, а Рая всех подбила тренинг этот сорвать. Что я тогда вытерпела! Вытерпела! Кричит Рая мне в лицо: «Ненавижу Вас!». «Да, это гнев, Рая. А теперь продолжай: „потому что“…». Такая была установка в этом упражнении.

    «Потому что, потому что…». Ни Рая, ни остальные девочки так и не назвали причины ненависти ко мне. «Да не Вас я ненавижу! Я ненавижу всех взрослых. Ненавижу!», — и Рая выбежала их комнаты.

    Остальные вяло разбрелись: кто-то развалился на кровати в спальне, кто-то пошёл курить в туалет, кто-то в гости к парням на другой этаж. Чувства вялы, неглубоки. Силы внутренней нет ни на ненависть, ни на любовь, ни на жалость, ни на интерес к жизни, к учёбе, к будущему.

    Но дерзкая Катька зашла позже в мой кабинет и, глядя на меня в упор, выпалила: «Хотите знать, за что Вас не любят и воспитанники, и учителя? Вы слишком счастливы и богаты! Вот!». В её взгляде была просто классовая ненависть!

    В понимании детдомовцев мир разделён всего на два класса: счастливых и несчастных. Причём, классовая борьба не отменяется! Ах, скольких «чужаков»-воспитателей уволили по воле детей! Да как искусно воспитанники их извели, а иногда и подвели под статью!

    Вот до какой степени порой больно им видеть перед собой человека другого мира, имеющего семью (родителей, детей, мужа) и достаток!

    Любой новичок — ребёнок или взрослый — проходит здесь вначале «проверку на вшивость». И чего только не придумывали воспитанники в первый месяц моей работы в детдоме: пинали двери изо всей силы, выскребали на косяке матерные слова, пускали дым в замочную скважину, просили деньги, пытались обокрасть, взять на жалость. У каждого посетителя моего кабинета был свой почерк и свои приёмы.

    Взрослые тоже изучали меня всесторонне. Сразу предупредили, что надо определиться, т. к. одной не выжить, следует примкнуть к одной из двух враждующих группировок. Позже я поняла, что эта вражда была главным развлечением взрослых. Приёмы были переняты у детей. А дети в большинстве своём — социальные сироты, т. е. родители их сидят в тюрьме или алкоголики, лишенные родительских прав.

    Периодически психиатр назначает детям успокоительные препараты. Планово.

    А так как он специалист приходящий, назначает иногда невпопад. Дети отказываются пить лекарства, но над ними стоят неумолимые медики и требуют или уговаривают. Могут угрожать: «Не выпьешь, скажу психиатру. Упекут тебя в психушку». Воспитанники знают, что это не просто слова: многие побывали там по нескольку раз. Планово.

    Но чаще бывали в наркостационаре. Это такая детская тюрьма. Чисто, уютно. За окном лес. На окнах решетки. Гулять нельзя, а то ещё убежишь. Спи и всё.

    Месяцами лежат там проштрафившиеся: кто-то выпил пива, нюхал клей или просто надоел воспитательнице. Напичканные транквилизаторами, опухшие, с тупыми погасшими взглядами бродят они по палате с белыми, как у покойников, лицами. За окном распускаются почки или желтеет листва. А в больничных стенах жизнь подёрнулась пеленой сонной пыли.

    Однажды 5-классник Бочкин не выдержал и решил сбежать из наркостационара, со второго этажа. Не получилось, упал и сломал ногу. Его очень ругали. Он криво усмехался: ему не было стыдно, не было жаль сломанной конечности. Его самого почти не было. Ведь никому — ни себе, ни людям — он не нужен. Поймали, снова напоили успокоительным, и он заснул.

    Похоже, главная задача целой армии взрослых — дотянуть этих оболтусов до совершеннолетия, чтобы выпустить их в Большой Мир и отчитаться за проделанную в образовательном учреждении работу. А что с ними дальше? И что они потом сделают со своей — и с нашей — жизнью, лучше не думать!

    Сегодня я не пошла домой из-за Влада. Ну как уйти? Днём «Клизма» (так мальчишки младшей группы называют свою воспитательницу) была особенно раздражена на детей. Слёзно убедила психиатра назначить успокоительное Владу. Мальчишку всеми правдами и неправдами уговорили выпить лекарство, для его ведь блага и здоровья. Влада «развезло», захотел спать.

    Но «Клизма» заставила ребёнка идти на репетицию концерта в актовый зал. Влад спрятался в грязной бытовке и уснул на ворохе спецодежды дворника и плотника. «Клизма» нашла его там и стала будить, трясти, кричать в лицо оскорбления.

    Я требовала, умоляла женщину остановиться и оставить ребенка в покое в таком состоянии. Ничто не помогло! «Клизма» обвинила меня в потакании «эти уродам», назвала прилюдно «врагом учителей и воспитателей».

    А 9-летний Влад сквозь химический сон протянул перед собой руки и взмолился: «Люди! Вы ведь люди? Пожалуйста, оставьте меня! Я хочу спать!».

    Сейчас Влад спит в изоляторе, его закрыли, чтобы не убежал. Завтра встану пораньше и помогу ему начать новый день.

    Пойду на приём к директору. Надо что-то делать! Зачем же сами воспитатели так нагнетают атмосферу! Ведь только оправились от двух суицидов.

    СУДЬБЫ.

    Многие эзотерические учения утверждают, что мы сами выбираем, кем и в какой семье родиться. Посему всё идёт так, как задумано в данном воплощении, удивляться тут нечему.

    «ЖИТЬ — СТРАШНО!».

    Генка и Ромка были родными братьями. БЫЛИ. Их уже нет. Наверное, так «задумали до рождения». Мать у них была одна, а отцы разные и фамилии тоже. Красивые фамилии и мальчишки красивые. Младенчество их прошло в посёлке городского типа, где в родительском доме собирались веселые компании. Порой до глубокой ночи сидели дети на лавочке у дома, а из окон доносились звуки буйного застолья. Бывало, что о них забывали, и ночевать приходилось, где попало.

    Однажды, когда Генке было 7 лет, а Ромке чуть меньше, произошло страшное и непоправимое. На их глазах в пьяной драке была убита мать. Время с тех пор остановилось, как в страшном сне. Убивали взрослые дядьки, мать подползла к детям и, умирая, сказала: «Не зовите врачей. Я сдохнуть хочу. Может, на том свете не надо мучиться… Жить страшно!!!».

    Вот эти-то слова она и оставила в наследство зарёванным от горя сиротам. Отдали их в детский дом. Были они там молчаливыми, замкнутыми. Учились так себе. А когда Генка перешёл в выпускной, 9 класс, совсем отгородился от сверстников.

    После Нового года вечерами в спальне плёл толстую верёвку, воспитателям не показывал, а сверстникам говорил, что петлю себе готовит. Дружки внимания на это не обратили: мало ли каких бестолковых дел придумают воспитанники, чтобы убить время.

    Никто Генку не обижал, никому он перед смертью ничего не сказал, даже брату. Просто ночью пошёл в душ и повесился.

    На похоронах, когда гроб опускали в чёрную дыру могилы, Ромка сказал: «Да, ЖИТЬ СТРАШНО! Следующий — Я». В суматохе грустного события ребята не придали значения этим словам.

    Но через 3 месяца снова были похороны: на выпускном вечере Ромка танцевал, потом пошел в группу и повесился на той же трубе, что и брат. Ведь «ЖИТЬ СТРАШНО!», он не мог войти во взрослую жизнь, которая убила его мать. А их с братом хотели выпустить из школы в один год, чтобы не разлучать.

    ПЛЮШЕВЫЙ МИШКА.

    Такое погоняло у Василия. Сокращенно — «Плюшка». Старался не высовываться, не вступать в конфликты. Пацан себе на уме. Любил по больницам лежать. Там здорово: можно по палатам побродить, на людей посмотреть, о жизни байки послушать, передачами из дома у соседей полакомиться. Жалость к себе любил вызывать, спинку для массажа подставить, денег поклянчить. Иногда его навещал отец, забирал на день.

    В выпускном классе сбегал Плюшка не раз из детдома. Встретила я его как-то в лесной зоне. Подошёл сам, одет опрятно, взгляд непривычно дерзкий. «Можете не сообщать мои координаты милиции. Не возьмут. Я через минуту отсюда слиняю». Потом рассказал, что убежал на волю «учиться жизни, получать опыт». А то скоро выпускаться, а к жизни-то он совсем не готов. «Вот неделю с электриком в вагончике жил. Он многому меня научил», — и Василий гордо улыбнулся. Потом попросил передать пацанам привет и удалился в лес.

    Прошёл год. По телевизору сообщили о деяниях двух маньяков, убивающих женщин в лесополосе у железной дороги. На фото одним из них был Плюшка. Последней его жертвой была 30 летняя женщина. Мать двоих детей, она вышла из электрички и спешила с полными сумками домой. Парни попросили указать дорогу. Женщина охотно согласилась и позволила им помочь нести пакеты с продуктами. В придорожных кустах Плюшка с другом зверски убили эту женщину: выкололи глаза, изрезали. На следствии признались, что главной целью нападения был… сотовый телефон. Такова цена человеческой жизни! А то, что в мире появилось ещё двое сирот? Ну и что, ведь Плюшка тоже не знает, ЧТО ТАКОЕ МАМА.

    Василий сильно не раскаивался. Он вообще не понял, что сделал что-то плохое. Звонил в детдом и пытался уговорить то одного, то другого взрослого заступиться за него и замолвить доброе слово. Он ведь хороший, безобидный, правда?

    ПЕСНЯ О СОКОЛЕ… И ЗМЕЕ.

    Идут уроки, в дверь кабинета вваливается старшеклассник Антон. Желваки на его скулах резко очерчены.

    «Я её убью!», — и дальше идёт рассказ о Белле Соломоновне, учительнице литературы.

    Оказалось, что 78-летняя мадам за невыученный наизусть отрывок из «Песни о Соколе» больно ужалила мальчишку. Она подошла к нему вплотную и прошипела в лицо: «Ты такой же, как твой брат-наркоман. Ты пойдешь по его стопам. Ты ни на что не годен. Ты, ты, ты…». Она продолжала и продолжала кодировать ученика на «светлое будущее», больно тыкая в грудь подростка старым скрюченным пальцем с длинным накрашенным ногтём. Руки и уши её как всегда украшены бриллиантами: слава Богу, в детдоме очень хорошо платят, а она на этой ниве пашет более 40 лет!

    Однако одного Антона учительнице мало. Она пафосно вскидывает свою сверкающую перстнями руку и заявляет: «Это касается и всех вас, негодяи! За свою жизнь я не встречала еще таких узколобых учеников, как вы».

    Далее выпускается пар, накопившийся от многочисленных возрастных болячек и склок с коллегами. Какова психотерапия! Не ты за разгрузку платишь, а ещё тебе дают двойной оклад «за вредность».

    Как-то встретила я в коридоре одну старую учительницу. Всегда аж чёрная от внутренней мглы, сейчас сияет. Спрашиваю, праздник какой? «А как же! Праздник, конечно! День моей Победы: сегодня же деньги будут, из бухгалтерии сообщили!», — и погладила себя по груди, блаженно улыбаясь. А я вот загрустила.

    После этого инцидента с Антоном Белла Соломоновна год не разговаривала со мной. Ей не понравилось, что я взялась вести индивидуальные занятия с «тупым» Антоном. И она не позволила этому состояться.

    Прошло несколько лет. То тут, то там я встречаю выпускника: чаще всего в качестве грузчика или рабочего на автомойке. Как-то увидела его на приёме цветного металла, говорю: «Антон, а ты разве не замечаешь, что несут-то в основном ворованное? А ты, получается, сообщник». Парень согласился: «Вы правы. Да я тут недолго буду. Пойду на шиномонтажку подсобным рабочим».

    Так и сделал.

    В КЛЕТКЕ: ПЛЮСЫ И МИНУСЫ.

    Ну что тебе надо, дитя улицы? Тебя кормят, одевают? Почему ты сбегаешь «на волю»? И, правда, почему?

    Усилия администрации направлены на создание сносных материальных условий воспитанников: приобретение одежды, обуви, постельных принадлежностей. Питаются дети хорошо: ежедневно фрукты, компоты, меню разнообразно и готовят еду качественно.

    В праздники дети просто завалены сладкими подарками. Просроченные прошлогодние наборы конфет в декабре то и дело привозят в детдом спонсоры и иные «благодетели».

    Иногда целыми машинами вываливают в вестибюль бракованные китайские игрушки: куклы без ног, пистолеты с треснутыми корпусами и другое, чему место на свалке. Уже через несколько дней горы хрупких полуживых игрушек превращаются в кучи мусора, добавляя работу техничкам.

    Чтобы добро не пропадало, отправляют в детдом и просроченную косметику (в подарок учителям и воспитателям ко дню профессионального праздника и на Новый год).

    На складе учреждения хранятся надколотые вазы, просроченная краска, непишущие авторучки, бракованные карандаши, подмоченные и покоробленные тетради и дневники. Всё это выдаётся в течение учебного года детям. Естественной реакцией учеников на подобный брак является отвращение. Но на качественные вещи денег нет, а дома воспитанники не имели даже этих убогих предметов.

    А вот районные депутаты снабжают школу при детдоме отличным инвентарём, оборудуют современную спортплощадку во дворе. В видеозале есть домашний кинотеатр, магнитофоны, караоке. Почти в каждой группе — свой телевизор.

    Само здание очень старое, мрачное, похожее на казарму прошлого века. Но и в этих стенах с ребятами занимаются танцами, обучают их музыке. Многие дети многогранно талантливы. Воспитанники любят танцевать и участвовать в постановках драмкружков. Есть свои художники, мастера резьбы по дереву, спортсмены.

    Конечно, детдом — это спасательный круг утопающим в нищете и безысходности. Исстрадавшиеся, намаявшиеся по приютам и подворотням дети ОТОГРЕВАЮТСЯ В ТЕПЛЫХ СТЕНАХ.

    Но ЭТО «ХОРОШО» ЛИШЬ В СРАВНЕНИИ С «НИЧЕГО», «СМЕРТЕЛЬНО ПЛОХО», «ЛЮТО ХОЛОДНО»… Уже через несколько дней многие дети понимают, что внешняя обстановка и формальная забота чужих взрослых людей не столь уж великое благо.

    Нетрудно представить, какие испытания ждут новичка, яркую индивидуальность, человека с необычной внешностью или редкой национальностью. Чем дольше живёт ребёнок в детдоме, тем более деструктивной становится его личность. Он теряет себя, по-иному не может и быть.

    Ведь подумайте только, могли бы вы находиться в окружении одной и той же группы людей и день и ночь, и год и десять лет, и зимой и летом, и на уроках и после них?! А если еще эта группа агрессивна к вам, а воспитателям вы тоже несимпатичны. Это драма.

    Потому дети бегут и бегут из детдома. К дальним родственникам, живущим в бомжатниках родителям или просто в никуда. Вымытые техничками лестничные пролёты, туалеты и коридоры, приготовленная поварами пища, выстиранные прачкой простыни, выданные государством карманные деньги — всё это для 15—18-летних воспитанников похоже на суррогат жизни. Подростки потребляют, потребляют, ничего не создавая. И звереют от того, что в них НЕ НУЖДАЮТСЯ, ОТ НИХ НИЧЕГО НЕ ЗАВИСИТ, ИХ НЕ ПРИНИМАЮТ В ЭТОЙ ЖИЗНИ ВСЕРЬЁЗ, ИМ НЕ ДАЮТ ВЗРОСЛЕТЬ.

    Подобный подход рождает безответственность (как говорят психологи, недоразвитость лобных долей мозга, что влечёт к полной неприспособленности во взрослой жизни, неумении в дальнейшем создать свою семью).

    Не могу забыть шок от первого посещения урока в выпускном классе. Зимнее утро. Занятия начинаются в 8—30. Урок литературы, класс расположен через тонкую стенку от спальни. Ученики только что проснулись, многие даже не умылись, не причесались. Лишь надели растоптанные шлёпанцы и приползли из душной спальни в душный класс. Последним вошёл самый мелкий парнишка с помятым лицом, с помятой тетрадкой, в помятой спортивной форме: было совершенно очевидно, что в этой одежде он и спал. Сел за парту, и тут же улёгся на неё досыпать. Учитель сделала ему раз замечание, потом оставила в покое. Главное, ребёнок в классе!

    «Маргарита Алексеевна, надо что-то делать! Мы создаём проект и приглашаем Вас принять в нём участие. Надо сделать так, чтобы детдомовские девочки-выпускницы не бросали своих младенцев. Надо учить их создавать семьи!». Я наотрез отказываюсь участвовать в этом начинании. У меня есть своё мнение по этому поводу.

    Нынешние сироты — не те, что были в войну. В основе своей — это социальные сироты, т. е. родители их живы (КАК ТЕЛА в подворотнях и тюрьмах), либо погибли в пьяных потасовках или при передозировке наркотиков. Так вот, если следовать теории великого психотерапевта современности Берта Хеллингера, каждое дитя бессознательно любит своего родителя так, что готово отдать жизнь за него. Неважно, хорош тот или плох. Поэтому, СТАТЬ СЧАСТЛИВЕЕ НЕСЧАСТНОЙ МАТЕРИ ИЛИ ОТЦА — ЗНАЧИТ ИХ ПРЕДАТЬ.

    Посему, выпускники детдома очень скоро отыскивают родственную их предкам среду. Куда деваются все наставления педагогов, куда испаряются все таланты детей?

    Вспомнилось, как под окнами моей квартиры я увидела четверых мужчин разного возраста. Трое были самыми настоящими бомжами с синими лицами. Самый младший из них — Мишка, 18-летний беглец из детдома. Ему пора было выпускаться в большую жизнь, однако он не спешил и оттягивал это событие постоянными побегами. И вот сейчас воспитанник распивал пиво с бомжами на газоне. Он не знал, что я живу здесь и слышу их разговор. А Мишка говорил самому младшему бомжу вот что: «Как ты мог съесть всю колбасу? Мы только отвернулись, и — всё! Как ты мог?». И дальше он стал воспитывать товарища по улице… словами воспитательницы.

    Надо было видеть с каким уважение смотрели мужчины постарше на грамотного «вожака», как поддакивали ему! Я горько усмехнулась, глядя на эту сценку сквозь тюль: «Да, знала бы Раиса Петровна, как её одиннадцатилетний труд воспитательницы в Мишкиной группе пригодился ему в жизни! Даже её интонации перенял».

    Мишка был одним из немногих, у кого был реальный диагноз «задержка психического развития». Парню нравилось, как его кормили в детдоме. Однако он сбегал через 3 дня, отмытый и одетый в чистенькое, потому что ему «нужно было в день по пять женщин», а в детском учреждении он в этом был стеснен. Не из-за целомудрия девчонок, а ввиду крайне низкого рейтинга среди воспитанников.

    Справедливости ради надо сказать, что беспокоят больше не девочки, а отношения мальчиков между собой. Кучное проживание большого количества мальчиков разного возраста на одном этаже, похоже, привнесло в опыт самых младших много печальных минут. Становясь старше, обиженные несут эстафету порока далее как традицию.

    Ко мне с жалобой обратилась воспитательница высшей категории: «Петраш — старший, каков наглец! Захожу в 9 утра в спальню, он там один, лежит и держит в руках свой член. Я ему сделала замечание. А он говорит: «Выйдите, сегодня выходной! Что хочу, то и делаю!».

    Самое страшное в ЭТОЙ КЛЕТКЕ — ОТСУТСТВИЕ ЛИЧНОГО ПРОСТРАНСТВА, СВОЕЙ ТЕРРИТОРИИ! Знаете, о чём мечтает каждый воспитанник? О своей тумбочке!!! Почему-то долгие годы с тумбочками туго. И уж предел мечтаний — тумбочка с замком.

    Это просто символ СОБСТВЕННОСТИ, ЛИЧНЫХ ВЛАДЕНИЙ, СВОЕЙ ТЕРРИТОРИИ. Увы, запертые тумбочки очень не любят воспитатели: а что там спрятано? Вроде и своё там дети сохранят, а вдруг спрячут краденое?

    Ножи, острые предметы иметь детям не позволяется. Одного мальчика поставили на учёт в милиции за то, что по коридору шёл с молотком и на кого-то замахнулся. Да, хороши будут мастера из этих будущих мужчин!

    Изоляция от ПРАКТИКИ жизни, невозможность приобрести элементарный бытовой опыт (приготовление пищи, уход за собой и за квартирой, общение с деньгами и людьми на улице, в магазинах и т.д.) — вот бич всех детдомовцев.

    Большую часть времени дети проводят в помещении. Входные двери закрываются рано, в 20 часов. Есть детдома, в которых воспитанники любого возраста выходят за пределы здания только в сопровождении взрослого.

    Помню, в первый месяц моей работы одному парнишке исполнилось 18 лет. Этакий бычок-производитель на вид, настоящий сформировавшийся мужик. А на планёрке директор поручила воспитательнице в качестве поощрения свозить именинника в … зоопарк. Я подумала, это шутка. Увы, свозили!

    Недалеко от детдома проносятся скорые и товарные поезда. Тех же подростков, которые ходят побродить по железнодорожным путям, забирают в дорожное отделение милиции, ставят на учёт как покушавшихся на безопасность ж/д движения, долго «песочат» на заседаниях комиссий.

    Славное моё детство! Каким же ты было счастливым: в минуты раздумий я часами безнаказанно бродила по путям, дышала запахом шпал, мечтала о дальних странствиях, махала рукой проходящим поездам и сочиняла свои первые стихи! Я как личность рождалась под перестук колёс, рельсы звали меня за горизонт, где пряталось моё Будущее. Так же сладко мечтается человеку у водного пространства. И мечтает он о ПУТИ СВОЁМ.

    Сколько раз мне, психологу, приходилось восстанавливать эмоциональное равновесие в ребёнке, которому только что упорно вбивали, что его интерес к дорогам — это болезненное проявление, которое может повлечь лечение в стационаре психбольницы.

    Как назвать этот — новый — мир? Я бы не хотела быть в нём ребёнком, я бы не выжила. Размеренное тупое СУЩЕСТВОВАНИЕ не может не убить ДУШУ.

    Ночи в детдоме… Воспитатели не всегда знают, как спали дети, что творилось в их отсутствии в спальнях. Ребёнку, например, свяжут ноги, разбудят. Тот спросонок ничего не понимает, пугается, над ним хохочут, издеваются. Бедняга защищается, говорит «что-то не то». Зачинщик затеи грозно надвигается на растерянного страдальца: «Ты что-то сказал на меня? Счётчик включён: ты мне должен» (сигареты, деньги…). Так открывается счёт, который надо отрабатывать: клянчить, воровать, отдавать личными деньгами…

    Несколько лет назад такой неоплатный долг толкнул парнишку на самоубийство: бросился под колёса машины. Погиб. А тот, кто его вынудил, после гордился своей властью!

    Недавно проходила я мимо сваленных в кучу старых деревянных кроватей. Вижу, многие исписаны детьми. Я склонилась над одной из них и прочла: «На этой кровати провёл БЕССОННЫЕ НОЧИ…». Фамилии, годы…

    Словно весточки из заточения.

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 26 апреля 2013 00:59

    В вагоне метро, как всегда, тишина.
    И в тесной толпе в унисон люди дышат.
    Ребенок-оборвыш стоял у окна –
    такой, как и сотни бездомных мальчишек.
    Потертая куртка с чужого плеча,
    висят рукавицы на старых резинках…
    Он взглядом старался меня повстречать
    и ерзал ногами в промокших ботинках.
    Народ сторонился и тихо вздыхал:
    особенно кратко, как будто невольно.
    Уставший вагон в темноте затихал.
    А мне было страшно,
    и горько,
    и больно…
    Лет восемь скрывала дырявая шапка
    кудрявых волос и неряшливой стрижки.
    Веснушек подарена солнцем охапка –
    такой, как и сотни бездомных мальчишек…
    Не пел и не плакал. Не лазил в карманы.
    Чертил на окне непонятные знаки.
    Герой недописанных детских романов:
    ненужный ребенок с судьбой наизнанку.
    Не знающий книжек, родительских ласок;
    сжимающий пальцы бескровных ручонок.
    Боящийся взглядов, пинков и огласок…
    Бездомный
    ненужный
    голодный волчонок…
    В толпе незаметным становится горе…
    Чужая беда – не подносит счета.
    Такие мальчишки наплакали море:
    краев не видать…
    тишина…
    темнота…
    - Он нас обворует !– вдруг пискнула дама.
    - Он болен, наверно… – кивнула старушка.
    Смутилась какая-то юная мама,
    девчушке волосики пряча за ушко…
    - Вот это комфорт! – возмущался мужчина,
    к себе прижимая засаленный ранец.
    Им рядом бы лучше – бездомную псину,
    чем этот курносый малыш-голодранец…
    Толпа, как змея, поднатужила жала.
    Мальчишка на станции вышел во тьму.
    И я бы рванулась! И я бы бежала!
    А что удержало – сама не пойму…
    В ночи завывали бездомные псы:
    потертые шкуры чужими следами.
    Мальчишку-оборвыша мне не спросить,
    как трудно жить в мире без дома и мамы…
    Вот только сдавило у горла, как ком…
    А что уже плакать?
    А что уже толку?...
    В толпе безразличной, в вагоне пустом
    волчонок когда-нибудь вырастет волком.
    Следы оставляя на светлом сукне,
    я жалась к окну в теплом платье в горошек:
    корявая буковка “А” на окне…
    мальчишку, наверное, звали – Алеша…

    Алена Васильченко

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 27 апреля 2013 10:46 Редактировалось Фиджа, 1 раз.

    Истории от fostermama:

    1. Каждое лето моего детства проходило на родительской даче в Крыжовке. Была у меня там закадычная подруга, с которой мы дружили только летом и только на даче -зато все детство, лет до 16 (с этого возраста я на даче отдыхать не хотела). Жила моя подруга на другом конце города, и как-то так повелось ,что мы даже не перезванивались зимой, а в июне летели друг к другу, едва выйдя из машины. И с ней, и со мной на даче жили бабушки, а родители наезжали в выходные и иногда после работы. У нас даже дни рождения почти совпадали - у меня 13 июля, а у нее - 17. Отмечали всегда на даче, вместе один, потом вместе другой. В 16 лет у меня появился парень, бабушка уже не могла оставаться долго на даче - условия там все-таки не городские, а она, к сожалению, не молодела. И я больше не виделась со своей подругой. Потом жизнь закрутилась - институт, замужество (тот самый первый мой парень и стал мужем, и продолжает им быть), рождение дочери, через 1,5 года - сына.
    На даче я оказалась только тогда, когда родители вместе с моим мужем перестроили дом, сделали там приличную кухню, душ-туалет - и вывезли меня с 3,5 летней дочуркой и 2 летним сынишкой дышать свежим воздухом. Бабушка моя к этому времени уже очень плохо себя чувствовала, а помогали мне мама (в свой отпуск), а за ней - муж, в свой.
    В первый же вечер на даче, уложив детей и оставив их на маму, я пошла посмотреть на подружкину дачу. Как я была рада увидеть там ее бабушку ! Та тоже мне обрадовалась. Правда, со времен нашего детства на этой даче ничего не изменилось, даже покрашен домик уже давно не был. Видно было, что, или достатка нет, или дачей заниматься семье недосуг. Бабушка моей подруги стала хлопотать, чтобы напоить меня чаем, я не отказалась, потому, что очень хотела расспросить ее про подругу. И тут в глубине домика захныкал маленький ребенок. Я даже спросить ничего не успела - бабушка убежала в дом.
    Вернулась она довольно нескоро - минут через 20, я уже уходить хотела, а в дом не решилась зайти без приглашения, и сидела на открытой терраске, где подругина бабушка до моего прихода разбирала стрелы чеснока. Бабушка извинилась, искренне благодарила, что я подождала ее и рассказала о счастливой подружкиной жизни, учебе, работе – все почти как у меня. Сказала, что на даче с ней подружкин сын, которому 10 месяцев.
    За все лето долгожданная мной подруга так и не зашла ко мне повидаться. Каждый раз, когда я заходила к ее бабушке, выяснялось, что она была, но очень недолго, и забежать ко мне не успела. В конце концов я поняла, что дружба кончилась, и перестала заходить.
    Все детство моих детей до школы тоже прошло в Крыжовке. Мой сынишка однажды привел в гости сына моей бывшей подруги. Я и в предыдущие годы мельком видела этого мальчика с его прабабушкой -и сразу узнала. Было 4 июня, я помню это, потому, что ДР моего сына-6 июня, и мы пригласили мальчика в гости на послезавтра. Он был на год младше моего сына, и сказал, что у него ДР в августе. И тоже 6-го. Мы с мамой (она уже вышла на пенсию к тому времени) удивились такому совпадению, и стали наперебой рассказывать про мое с его мамой детство - и про наши летние дни рождения. И тут мальчик говорит : «У меня нету мамы , у меня только баба есть» Мы остолбенели просто. Как- то загладили неловкость, стали угощать его, потом муж проводил до его домика и отдал бабушке.
    В это лето и в следующее (сын уже в школу пошел) мы видели нашего маленького друга в гостях ежедневно , отпрашивали его у бабушки то на Минское море на машине, то в парк в город - и привыкли, что он все время с нами. У бабушки я ничего никогда не спрашивала, рассудив, что, если бы она хотела - сама бы сказала. А я не очень любопытная - в жизни всякое случается. Как обычно, уехав с окончанием сезона из нашего 4-х соточного рая, мы не думали о наших дачных друзьях до следующей весны.
    Мой сын перешел в третий класс. Дочка - в четвертый. Мы впервые смогли позволить себе отдых не на даче, а за границей. На даче были только мои родители. Мы с мужем и детьми приехали навестить их после нашего отдыха. Проезжая мимо дачи бывшей подруги, я увидела там стройку. Попросила мужа остановить, нашла хозяина дачи (показали трое рабочих). И услышала, что хозяйка умерла, родственники ее дачу продали (за такой бесценок!) и ни адреса, ни чего бы то ни было другого нынешний хозяин мне не даст.
    С этой минуты и до того момента, как я, наконец, нашла мальчика, я даже есть не могла толком. С мужем мне повезло, я всегда это знала. Но после того, как я увидела, как он воспринял мое желание убедиться, что с мальчиком все в порядке и ему не нужна наша помощь – я стала любить и уважать его еще больше. Мы рассказали детям о своих опасениях - и они тоже стали ждать известий. У моей семьи была в этих поисках такая цель: убедиться, что наш маленький друг не одинок, что с ним все в порядке - или увидеть, что нужна наша помощь - и помочь.
    5 августа мы получили информацию, где находится ребенок с этим именем и фамилией моей подруги детства (среди прочих действий мы писали запросы в отделы опеки города и области). Вся наша семья помнила про день рождения. Муж отпросился с работы, я взяла отгул - и мы вчетвером сначала выбрали подарок, а потом поехали к ребенку.
    Больше всего я, почему-то, боялась,что его отправили за границу отдыхать. Но оказалось, что это можно только с семи лет - а ему как раз сегодня исполнялось 7. Боялась я одного, а случилось другое: мальчика познакомили с будущей приемной семьей, и нам сказали, что мы приехали поздно, что ребенка уже забирают. Муж сказал: Ну, по крайней мере, он не одинок. А я, уходя из группы, где ребенка даже не было, просто не могла с собой справиться. Слезы меня просто наполнили всю. Я попросила мужа забрать детей в машину и подождать меня там, надеясь привести себя в нормальное состояние, и они уже пошли вперед, а у меня уже полились градом слезы -как вдруг мой сын оборачивается ко мне, и, указывая в сторону нашей машины, кричит: «Мама! (имя мальчика)!» Я скорей слезы вытирать, а дети сорвались с места - и к нему .Тормошат его, обнимают, поздравляют с днем рождения, и, среди всего этого рассказывают, как мы его искали, и как рады были, что узнали где он и как хотим, чтобы он с нами жил. А женщина, которая с ним шла- ко мне. Я рыдаю, а она мне говорит «Я все поняла! Вы его заберете? Точно? Да не плачьте Вы, я что, бессердечная какая? Давайте поговорим спокойно»
    У мальчика спрашивает воспитатель в группе (директора в тот день не было) - « ты помнишь, кто это?» А он отвечает- «Это моя тетя»- и мужа за ноги крепко обнимает. Это он смотрел на меня - поэтому так ответил. Все засмеялись, а он от мужа не отрываясь спрашивает: «Вы меня заберете? Точно?» - совсем как женщина, которая хотела его забрать в приемную семью.
    Конечно, теперь я все знаю - почему так получилось, и что случилось с подругой моего дачного детства. Но это совсем не про то, как я поняла, что у меня есть третий ребенок, ничуть не менее родной, чем старшие двое.
    И еще: я благодарна ей за то, что она родила мне сына. Но фамилия у него - наша.

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 29 апреля 2013 13:32 Редактировалось Фиджа, 1 раз.

    2. Когда мой сын уехал в Москву учиться, я была на седьмом небе - принимала поздравления и считала, что все тяжелое - позади. Ребенок поступил туда, куда мечтал - в МАИ, мне - всего 40, рядом - любимый муж, опора и поддержка... Годы учебы сына были годами нашей с мужем второй юности - горные лыжи зимой, байдарка с друзьями-летом, самой большой трудностью было разбить отпуска и подгадать под этот отдых. Сын остался в Москве, женился - невестка очень нам понравилась - ласковая, умелая, сына нашего любит без памяти (теперь тоже) - о чем еще мечтать? Я летала просто - так счастлива была.
    В тот же год, когда сын женился, муж скоропостижно умер от инфаркта. Страшнее ничего не видела я в жизни. Молодой совсем, только-только пятьдесят... Сын, работая в Москве, мотался каждую неделю, подруги поддерживали очень. Летом профсоюз дал мне путевку в санаторий..."Сосновый бор"...или Зеленый... - рядом с Радошковичами. Поехала я в санаторий, а сыночек мой примчался ко мне туда - с женой. Шашлыки сделали - сын с невесткой за шашлыками и сообщили мне о грядущем пополнении. Так мне хорошо стало! Сын стал мечтать о том,как я перееду к ним (они готовились к приобретению собственного жилья) - и возьму на себя развитие будущего внука (я по профессии учитель начальных классов, хотя работала последние 10 лет не по специальности).
    Был этот памятный день на 3-й день заезда в санаторий. А на 4-й, после того, как спала жара, пошла я посмотреть на водопад, соседи позвали. Вот там-то я и встретила 2 существа, которые украсили мой отдых так, что впервые после смерти мужа захотелось смеяться и жить. Дети эти жили в лагере "Богатырь" - это название я запомнила. В 8 отряде. Весь отряд, как я поняла, был из 2 детского дома из Минска.
    Началось знакомство с того, что девочка упала на плиты возле водопада - и заплакала. Мальчик поменьше росточком стал ее утешать: "Щас пройдет!" Я нашла подорожник, вымыли мы его с ребятками и приложили к коленке. Познакомились. Я рассказала про подорожник, и, помнится, еще про лекарственные травы. Дети сказали, что им пора бежать в лагерь, а то попадет - они без спросу. И спросили, приду ли я сюда завтра. Я действительно хотела еще раз их увидеть - и сказала, что буду гулять поближе к их лагерю - у самой ограды.
    Завтрашнего дня чуть дождалась - так мне эти мальчик с девочкой в душу запали. Дальше рассказывать подробно так же тяжело, как и про мужа...
    Прошло время, как один день. Пела девочка так чистенько... Мальчик шустрый очень был, все старался показать, как много он умеет - и на дерево, и спрыгнуть. Беленький, тоненький, темные круги под глазками.Так хотелось их забрать себе! Снилось, как я их обнимаю и несу. Пахло мне от них, не очень, в общем-то, чистеньких, так же, как от сына в его детстве. Расставаться все тяжелее было. К отъезду своему несмотря на то, что видела я их совсем не подолгу - я стала горевать, что уезжаю. Мысль, что детдомовские - и можно забрать - раз и навсегда отогнала. Как же я сыну на шею двоих чужих детей привезу? Я себе не принадлежала - в мыслях уже в Москве была, внука новорожденного нянчила (был разговор о том, что невестка не может пожертвовать успешной карьерой, и, скорее всего, даже кормить сама не будет, чтобы выйти на работу как можно раньше)
    Родилась внучка. Сын звонил почти ежедневно. Мама невестки, москвичка, согласилась оставить работу (раньше не хотела). Она и помогала со внучкой. Меня пока не приглашали - некуда особенно было. Просила сына - на день разрешить приехать - только взглянуть, не ночуя даже - отговаривал. Попала я к внучке только в первый день рождения.
    И тут случилось второе страшное происшествие - невестка, такая ласковая до родов - не дала мне даже дотронуться до внучки, почему-то разрыдалась и получилось как-то так, что я своим приездом им очень помешала. Сын стал меня защищать, повез на вокзал, и мы через пару часов уехали вдвоем. Сын по дороге молчал, кусал губы, я плакала. Довез меня сыночек до дома, поцеловал, сказал "Мамочка! Она не права, но я так их люблю! Не могу без них, прости!" - и уехал. Такси вызвал - и уехал. Я сама себе сказала, что, если расклеюсь-то вырву сына из семьи, которую он любит. И, как заведенная, стала жить: с работы - на работу, к подруге, изредка в театр. Как онемело все - ничего не чувствовала. Писала письма сыну и семье, как если бы все было хорошо, но приехать никак нельзя. Они не звали, сын приезжал на мой день рождения - на неделю каждый год. Поделает мне всю мужскую работу и уедет. Ну, фотографии, подарки, приветы - этого много.
    А недавно я стала снова вспоминать тот санаторий - наверно, оживать начала. И так мне больно стало, что детки-то эти выросли уже. Им тогда лет 9-10 было-сейчас, наверно, лет 18 уже. И поняла я, что Господь, видя судьбу мою, бросал мне спасательный круг - а я не поняла, глупая! Не забрала кровинушек своих. Как вспомню голосочек этот "Выглянуло солнышко, блещет на лугу...", глазки красивые такие, серо-зеленые у мальчика, только в кругах темных - бегом бы бежала туда, в тот год, в то лето - все, все потеряла, что Бог мне послал. Даже фамилии их не знаю, только имена - сестричка и братик они. Только записочки в церкви могу за них теперь...

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 30 апреля 2013 14:41

    3. Моя мама работает в школе. Преподает физику. Два года назад она позвала меня на кухню поговорить. На кухню - это потому, что у нас однокомнатная квартира, а у меня есть младший брат, и в тот момент, когда мама меня позвала, он в комнате делал уроки.
    Мама сказала, что у нее в классе (в котором она - классный руководитель) была девочка. Родителей этой девочки недавно лишили родительских прав. Мама сама сделала все, чтобы лишили, потому, что она не только плохо жила с родителями - алкоголиками, эта девочка, а ей даже есть и одеть было нечего. В классе ее не любили и не жалели, и ничего мама с этим сделать не могла. И вот эта девочка попала в социальный приют, и скоро ее переведут в школу-интернат. А мама меня просит съездить с ней в этот приют девочку навестить, потому, что мама ее навестила сегодня (в тот день, когда позвала меня на кухню) - и увидела, что девочке очень одиноко, потому, что в приюте все дети намного младше. А я уже учусь в педколледже - и вообще, мне сам Бог велел.
    Я на маму даже разозлилась. Во-первых, подумала, у меня нет времени даже на то, чтобы с собственными подругами пообщаться. Во-вторых – это какая у алкоголиков может быть дочь – о чем мне с ней разговаривать, что у меня может быть общего со всякими отбросами общества? А в –третьих: чего маме и самой туда ездить? Она уже не классная даже этой девочке - вот пускай приют ее и развлекает. Мама стала мне доказывать, что я не права, и я, чтобы отвязаться, пообещала один раз съездить после выходных, в какой – нибудь учебный день вечером.
    Мама у меня такой человек, что никогда ничего не забудет, и не отложит. Утром в понедельник спросила, когда мне удобно будет съездить в приют. Я поняла, что соскочить не получится - и пообещала в четверг.
    И вот мы в приюте: я уже заканчивала педколледж и представляла себе, как отработать то, что мама на меня навесила. Одела на лицо улыбку, приготовила парочку вопросов.
    Мама назвала фамилию девочки, попросила позвать – и мы, уже с девочкой, вышли на территорию. Социальный приют снаружи выглядит, как обычный детский сад, в который я ходила в детстве. Мы прошли на «участок» и сели на очень низенькие скамеечки на веранде. И тут мама нам шепотом (хотя никого даже не было рядом) говорит, что ей надо в здание, и спрашивает у этой девочки, где там есть туалет. Извиняется - и я остаюсь с ней одна. Признаться, это меня очень напрягло. Я у девочки спрашиваю: «Ты уже решила, куда после школы поступать?» Она отвечает «хотелось бы в пед., но не знаю, смогу ли подготовится» А я туда поступила два года назад - ну, и стала ей рассказывать, что сдавать, как у меня экзамены проходили. А она стала задавать вопросы, и , честно говоря, я просто удивилась - до чего же у алкоголиков девчонка умная! В тот момент, когда мама вернулась, мне с девочкой уже совсем не в напряг было разговаривать. И мы втроем так пообщались еще около часа. Никаких жалостливых разговоров не было и в помине. И несчастной девочка совсем не выглядела - со стороны послушать, так и не догадаешься, что у нее что-нибудь в жизни плохо. Только одета она была не очень, как- то не по девичьи.
    И вот с этого момента моя жизнь как-то прилипла к этой девочке. Ну не могла я про нее не вспоминать. Она как-то смотрела на меня так, что я чувствовала себя взрослой и сильной. И при этом – совершенно равной с ней. Я со своим малым никогда такого не испытывала, он меня совершенно не уважает. И я сначала свой гардероб пересмотрела – мы с мамой отвезли ей часть. Потом у меня просто какая-то ломка начиналась, если хоть раз в неделю туда не съезжу. И мы по-прежнему никогда не говорили о том, что касалось родителей или того, что их нет.
    Потом, через полгода, ее перевели в интернат. Он тоже не очень далеко, и я стала ездить в интернат, причем уже давно без мамы. Она - сама, и я- сама. Как-то так само получилось, что я стала рассказывать ей все, что у меня случалось, даже про любовь. Она как-то так слушала, что ей хотелось рассказывать.
    А потом мы начали отделку квартиры, которую строили в кредит, и времени стало очень мало, потому, что мы с мамой и братом почти все делали сами, а там только мусор вынести без лифта - каторга. И у меня не стало совсем получаться съездить в интернат. И я как-то маме говорю: «как бы я хотела, чтобы Катя здесь была! Так скучаю по ней, уже месяц не видела» А мама меня за плечи взяла, к себе повернула, и почти шепотом говорит: «Давай к нам ее заберем». Я смотрю, а у нее глаза слезами наполнились. И, самое странное, мы даже не задумались, захочет ли Катя. Мы сразу знали, что очень захочет.
    И прямо со стройки поехали в интернат. Мама знала все, что надо делать, приехали, и говорим ей - «иди к нам жить!» А она на маму посмотрела, и ко мне обниматься и плакать. И тогда я поняла, что у меня уже есть сестра.
    У малого моего свои отношения с Катей были уже, но я ведь о себе рассказывала, а о себе - он пускай сам.
    Вот, уже год вместе живем, уже в новой квартире. Прикольно! Даже не чувствую, что она на 4 года младше – все у нас вместе. Только в свою школу обратно мама ее не повела, не хочет, чтобы ее одноклассники знали, что она приемная. Я считаю, правильно.

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 2 мая 2013 22:30

    4. С этой семьей мы познакомились в доме отдыха «Логойский» во времена еще советские. Домики там были устроены так, что одним санузлом пользовались отдыхающие из комнат, расположенных по разные стороны от этого санузла. Когда кто-то из одной комнаты входил в это помещение, он просто закрывал изнутри дверь не только со своей стороны, но и со стороны соседей. Вот такой домик мы и делили с семьей, состоящей из матери и сына. Мать была старше меня лет на 25, а мне самой тогда как раз 25 и было. Отдыхала я со своей мамой, которая подружилась с этой женщиной.
    Погода в то лето была дождливая. На крытых террасах перед комнатами и проходила вся жизнь отдыхающих. Познакомиться мне ни с кем не хотелось, потому, что этого очень хотелось моей маме. Она активно общалась с каждым сколько – нибудь близким мне по возрасту и уровню лицом мужского пола, и, как ей казалось, ненавязчиво, представляла меня. Я в такие моменты чувствовала себя ужасно. Из чувства ли противоречия, или нет – но чем больше старалась мама, тем меньше мне самой хотелось с кем –то знакомиться.
    Мама с соседкой очень подошли друг другу по интересам – и, на мой взгляд, просто наслаждались общением. Из деталей, например , помню, выяснилось, что они обе одновременно ездили в театр в Паневежис, смотрели один спектакль – и долго с наслаждением обсуждали его. А я коротала дни за книгами – и, когда мама не приставала со знакомствами, наслаждалась свободным временем , литературой и природой.
    Однажды с утра лил особенно сильный дождь. Мы с мамой и соседями сходили под зонтами на завтрак – и вернулись в домик. Мама с соседкой вытащили на террасу кресла и пледы – и устроились «вести светскую беседу». Мальчик, сын соседки, как всегда с книгой , был усажен поблизости и обе женщины время от времени «дергали» его заботливыми вопросами. Я видела, как ему это надоело – лицо его кривилось всякий раз, как он слышал «тебе не холодно?» или «может, ему одеться теплее ?». Я мальчика жалела. Он представлялся мне несчастным укутанным в вату существом безо всякой личной жизни и воли. Был он отличником и пианистом (его мама очень сокрушалась по поводу отсутствия в местном клубе инструмента для занятий. Говорила «потеряется техника».) В то утро , о котором я рассказываю, я вдруг предложила ему сыграть в шахматы. Он не умел, но охотно согласился учиться. И так заинтересованно этим занимался, что и для меня в какой – то момент это стало любимым занятием. Я неплохо играю, но мальчик стал выигрывать все чаще. В этих поединках я увидела его характер. Чем дальше, тем больше уважала маленького человека. Был он настойчивым в собственных достижениях и совсем нетребовательным к другим. Мягким и необидчивым. Как оказалось, сильным и волевым. Когда мы познакомились поближе, я узнала, что каждое утро, очень рано – он тренируется: отжимается, подтягивается, делает свои какие- то упражнения. Мы очень подружились. Матери наши не раз говорили о том, что рано родилась я, и поздно –мальчик. (разница в возрасте – лет 15 ). Как же меня раздражали эти разговоры.
    Я хорошо понимаю теперь, что единственное, что будил во мне этот ребенок – материнский инстинкт. Часто мне хотелось, чтобы наши матери просто куда –то исчезли. Хотелось заботиться о нем самой, не так унизительно, как его мама.
    Теперь, когда я рассказала – как возник мальчик в моей жизни, я хотела бы рассказывать дальше более коротко. Не могу спокойно вспоминать эту часть нашей жизни.
    Инициатором продолжения отношений с этой семьей после отъезда стала я. Сознательно стала общаться больше с мамой мальчика перед отъездом – и предлагать виды совместных мероприятий в Минске. Вытащила свою маму на день рождения мальчика –поздравлять. Приехали только поздравить – и так и остались на весь вечер, потому, что других гостей не было. Именно в этот день рождения женщина сказала, что ей срочно нужно в больницу – а сына оставить не с кем – она совершенно одна. (родила она его уже сорокалетней, для себя – без отца) Я, несмотря на протестующие мамины взгляды, твердо взяла на себя заботу о ребенке. Мы сразу оговорили все детали – и маме ничего не оставалось, как делать вид , что она рада , что у меня получается помочь.
    А больница была в Боровлянах… Когда мы с мальчиком приехали навестить его маму в очередной раз, медсестра сказала мне, как единственной проведывающей женщину взрослой, зайти в ординаторскую к врачу. В те времена больным никогда не говорили диагнозы самим. Оперировать было поздно, множественные метастазы – практически весь организм. Не хочется описывать, как все было дальше. Всего 4 с половиной месяца, хотя изначально не предполагалось и двух.
    Я долгое время чувствовала себя виноватой. Как будто то мое желание остаться с мальчиком одной и раздражение на то, как она с ним обращается – сыграло в судьбе какую – то роль. Сразу оформила опеку. Год ребенок был в состоянии горя и ничем нельзя было его обрадовать. Я страдала вместе с ним. С мамой серьезно поссорилась после того, как она бабушке по телефону сказала «вообще никогда не выйдет замуж с такой обузой ».
    Я переселилась вместе с мальчиком в квартиру, где он жил с мамой. Очень много хлебнула обид от соседей (« на квартиру позарилась»). В конце концов мы сняли квартиру поближе к его музыкальной школе, а его квартиру стали сдавать. В той квартире перед переездом отметили годовщину. Конечно, пришла моя мама – и несколько коллег несчастной женщины по работе. Посидели , вспомнили. Мальчика я от себя не отпускала – я весь этот год обращалась с ним , как с хрустальным, продумывала каждый жест, не то что слово.
    А на следующий день мы переехали на квартиру. Я отвела его в музыкальную школу (показать новую дорогу, раньше он сам ездил – я ведь работала). А обратно он должен был прийти сам. На улице начался ливень – и я решила идти его встречать с зонтиком. Разминулись. Я пошла по пройденной вместе дороге , а он решил срезать путь через дворы. Пришел – а дверь закрыта. А я ключ-дубликат сделала, но не успела еще отдать (первый день в новом жилье). До сих пор не знаю, что он там подумал – только я его увидела не в подъезде, а во дворе – до нитки мокрого, плачущего так, что у меня сердце зашлось. Во дворе никого – ливень. И он в голос плачет, и дождь шумит . Я не могу передать эту сцену – такая она была разрывающая. И мне показалось, что в этот момент у меня внутри как что – то прорвалось. Мне вдруг стало так понятно все – как жить, как с ним разговаривать. Я как будто наперед годы увидела. Так просто все стало. Как давно это было! А я будто со стороны вижу как мы с ним стоим там во дворе, зонтик рядом валяется, я его обнимаю, целую: «Ну успокойся, мой маленький! Ну чего ты испугался ?” А он прижимается – и плачет за весь предыдущий год сразу. А потом, после ванны, сидит за столом – и я вдруг ему говорю «Тебе не холодно?» и, не дожидаясь ответа , кутаю его в свою шерстяную шаль. И мне это уже не кажется ни глупым, ни унизительным.

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 5 мая 2013 11:00

    5. Женщина я простая, университетов, как говорится, не кончала. Всю свою жизнь прожила в родной деревне. В ней и сейчас живу. А история у меня вот какая: вышла замуж по молодости за парня с нашей деревни. В 16 лет. В 16 же и родила дочку старшую, а в 17 еще одну – чтобы мужа в армию не забрали. Тогда с одним ребенком забирали. Только жить мы недолго жили – и пил он, и за волосы меня таскал. Забрала я девчонок – и ушла от него к родителям. Ну, родители и так не очень-то рады были замужеству моему быстрому – приняли. Я из троих детей – младшая. У меня брат аж в Минске живет, а сестра ближе - в Гомеле. Учиться я уже не пошла, у нас на ферме мама птичницей, а батька – электриком. Туда я и пошла работать.
    Было моей старшей 5 лет. Сосватали меня за мужика одного разведенного. Мы с ним сошлись и жили, но любви не было. Просто без мужика в деревне не проживешь, а батька мой здоровьем ослаб в последнее время.
    У мужика моего было четверо детей – с первой женой остались. У него в конторе нашей забирали алименты, но это сильно не сказывалось – жили мы с хозяйства больше. И вот раз забираю почту с ящика – а там повестка в суд. Меня как ошпарило – я разорвала конверт, читаю: мужика моего в суд вызывают по поводу лишения его и супруги его первой родительских прав. Побежала к мужику на работу, показываю. Он говорит: знаю. Пьет она, хорошо, что детей заберут – не жизнь им там. Я про детей порасспросила – и домой пошла. А суд этот из головы нейдет. Спрашиваю дочку «А хочешь, Кристинка, братика или сестричку еще?» А она говорит «блатика»- она у меня еще «р» не могла.
    Пришел вечером муж с работы, я к нему: давай заберем себе малого самого, одного. А он говорит – «так как мне дадут, если прав лишают?» А мы с ним не расписаны были – так жили, потому, что я со своим первым еще не развелась. Я говорю - «Так, может, мне дадут?» Короче, поехали мы с ним на этот суд вместе. А до суда я себе места не находила, 2 недели все про это думала. А вот поехать к ним куда их в больницу положили – это не догадалась.
    На суде детей не было. А была старшего мальчика учительница. И она мне фотографию показала – все четверо деток в школу идут. Линейка там, дети рядом нарядные – и эти рядочком, улыбаются. А худенечкие! В одежках таких бедненьких. Я за мужика – и говорю: «забирай всех! Умоляй, чтобы прав не лишали – всех смотреть буду.» И как начала реветь – так после суда и успокоилась. Лишили прав мать их, а мужику моему срок назначили. Будут, сказали, смотреть, как он справится.
    Приехали мы первый раз в больницу, (их не сразу выписали) – а они обрадовались так, что к ним батька приехал. Как посмотрела я на них – так и приросло мне. Они мальчишечки все. Старшему- 11, малому самому- 6. И худенечкие – хуже, чем на той фотографии. С родителями я уже поговорила, они не против были – сами ж мне такого мужика нашли.
    Ну вот и все. Старший наш уже в Минске, женился и дочка у него. Второй с нами, училище закончил –техником на станции. (А старший-то Политехническую академию закончил!) Третий учится сейчас в Гомеле, в железнодорожном институте. Малы- школу заканчивает, 11 класс. Девчонки школьницы еще, и младшая – родилась у нас уже когда шестеро было - любимица у всех. Папочку моего похоронили только, а так – счастливо живем. Полюбила я мужика моего, не знаю как и жила без его раньше. С первым развелась, расписались. Даже венчались в церкве. Дети - очень хорошие, родные мои. Мамой так и не называют даже, только «мамочка» и «мамуленька» слышу. Крепкие такие выросли - стена! Муж на них тоже не налюбуется. Как подумаю иногда, что не с нами могли быть – страшно становится!
    Самое памятное с детства их, спрашиваешь? А вот когда привезли мы их, в первый день- мужик им кровати устраивал, с досок в два этажа. Я – по хозяйству - непривычно еще столько-то кормить было. А их - весь выводок- на улицу, как в деревне заведено. Забрали с улицы - грязных! Ой-ей! Посмотрела я на их и говорю «а ну, гвардия, кого первого моем?» и они все ко мне побежали. Я мою каждого, ребрышки торчат, а я целую в головочки – и плачу. А старший , вымытый уже, подбежал, обнял меня за шею сзади - и так же меня в голову поцеловал. Мужик мой приходит с сарая – а мы, все семеро, c девчонками тоже, сидим на одной моей кровати и сказку слушаем – дед рассказывает, папочка мой. А мама каждому молоко наливает – и подает, наливает- и подает. Мужик посмотрел на нас, проморгался, и к маме моей - обнимать. Вот это самое памятное и осталось.

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 6 мая 2013 12:35

    6. В летний лагерь вожатой я поехала на практику, а совсем не потому, что хотела. Лагеря я не люблю с детства. Рассказывать о самой смене, в – общем-то нечего. Работала, потому, что должна была работать. Да, дети приятные были большей частью, но чтобы мне, как некоторым нашим вожатым, плакать хотелось на вожатском концерте в конце смены нет, я радовалась, что еще сутки – и я свободна! Планы на лето были грандиозные, среди ближайших – поход с друзьями по Березине на байдарке. (и у меня, и у друзей родители ходили на байдарках с самого раннего нашего детства – для нас это как для кого-то продолжать смотреть сериал). И друзья ждали именно меня – все могли и несколько раньше выдвинуться.
    В день отъезда детей я сама попросила педагога своего отряда дать мне возможность ехать с детьми, чтобы там их раздать – и быть свободной, в то время, как она разберется с постельным бельем – уборкой корпуса.
    Всех детей раздавали под расписку, потому, что отряд у меня был младший. И одного – не забрали. Мы с ним сидели на скамейке еще несколько часов после того, как все разошлись. Сказать, что я была на него зла – это ничего не сказать. К тому же ребенок был из самых неприятных в отряде – с вечными зелеными соплями, которые он время от времени шумно втягивал в себя, неаккуратный, одетый так, наверно, чтобы после лагеря не жалко было выбросить.
    Осознав, что никто уже не придет, я отправилась с мальчиком по адресу, который был записан у меня в тетради из путевки еще в начале смены. Ему ничего не говорила, просто сказала «Ладно, поехали сами» и он, как овечка, послушно побрел за мной, волоча большую сумку. Сумку я у него взяла, и, помню, ужасалась, представляя, как выгляжу со стороны с этим саквояжем 70-х годов прошлого века, еще и грязным. Всю дорогу думала, что буду делать, если никого не окажется дома. Решила тогда искать ближайшее к дому отделение милиции – и отдать туда, под какой – нибудь документ (это же милиция – явно что – нибудь предусмотрено на такой случай).
    Дома оказались его отец и бабушка. Отец был в крайней степени алкогольного опьянения – просто дрова. Бабушка – в крайней степени старости – ну просто непонятно было, как у такой старой бабушки может быть восьмилетний внук. Я подумала, что это прабабушка, наверно, и поняла, что ребенка оставить здесь не могу – бабушка эта только что дверь смогла открыть минуте на 10-й звонков. И я пошла в милицию. Там, узнав, что ребенок был в лагере, в журнал что-то записали про причину, почему я не смогла его оставить дома, но принять ребенка отказались, сказали – сотрудников нет, и дали мне адрес, по которому я ребенка должна была отвезти – кажется, в приемник – распределитель. Я только представила себя снова через весь город с этим саквояжем – и решила просить помощи. Позвонила папе. У него как раз рабочий день заканчивался (он научный работник, в полпятого обычно уже свободен ). Папа подъехал за мной через полчаса – все это время мы с мальчиком сидели на скамейке возле милиции – и он все это время уже плакал, размазывая по лицу грязь и сопли рукавом. Честно говоря, меня все это время уже на рвоту тянуло. Папа сказал, что договорился с мамой за продуктами для моего похода, а там неизвестно, сколько мы задержимся – поэтому лучше сначала забрать маму, а потом уже, вместе, отвезти по адресу ребенка. (Мама работает музыкальным работником в детском саду.)
    Короче: отвезли мы ребенка, ушла я в поход с друзьями, вернулась через 11 дней – а ребенок этот сидит у нас на кухне, чистенький такой, во всем новеньком – и ест печенье с соком. Он меня увидел – и у него такой ужас на лице отразился , что я подумала тогда «Что это я – чудовище какое, что меня дети так боятся?» И еще – меня домой привез парень, с которым я хотела родителей познакомить – в этом походе у нас сложились отношения такие (сейчас я за ним замужем ). Я спрашиваю у мальчика – «Ты что, один дома ?» А он боком слезает с табуретки - и глаза уже на мокром месте. Я постаралась как можно ласковее – «ты кушай, я сама» - в этот момент, к счастью, заходит мама с мусорным ведром (мусоропровода в нашем доме нет – контейнеры во дворе ). Ну, я все-таки познакомила маму с мужем будущим, как хотела. Проводила его, должна была вымыться, как всегда после похода – и спать. Но какой сон? Пошла я маме вопросы задавать, а мама просит – давай вечером обо всем поговорим – и с мальчиком этим куда-то собирается. Ладно, думаю. Вымылась – и свалилась спать до полудня завтрашнего. Просыпаюсь – дома никого. Пошла осматриваться – в шкафу в коридоре - полка с вещами на мальчишку. Остальное все – как было. Ну, еще пару игрушек по квартире разбросаны – машинки, водный пистолет , маленький тетрис…Тут парень мой звонит – будущий муж – и предлагает ехать к его друзьям на дачу. Я родителям записку оставила – и поехала. Как-то даже желания позвонить им не было. Вернулась на следующее утро – в субботу. Все в полном составе: родители и мальчик. Спрятался за маму – и смотрит на меня, как на врага народа, из-за ее спины. Я от досады даже не хотела дома оставаться – конечно, ласково со всеми, но как можно быстрее снова удрала .
    Забрали, короче, мои родители мальчика совсем. Я вскоре уехала, как и собиралась, с подругой в Мариуполь к ее тетке – и муж мой будущий поехал с нами – дикарем там устроился поблизости. А потом в моей жизни очень быстро все завертелось – осенью свадьба , в апреле – сын родился. Мне не до родителей с их ребенком приемным было тогда.
    Но – удивительное дело – как только у меня родился малыш – чувство брезгливости к мальчику родительскому пропало. Я помню все свои чувства – как только что рассказала, но теперь их не испытываю. Да еще и родители очень много с ним занимаются, мама сама – фортепиано, и в музыкальной школе он у нас – на виолончели. Папа тренирует не по-детски. Родители с ним еще в конце того лета впервые сходили на байдарках, а теперь он у нас уже продвинутый турист. Учится в гимназии лингвистической, хорошо, уже такие тексты у них там на английском! Он меня уже не боится, конечно – мы с ним друзья. Но так, как с мамой, он ни с кем – он ее просто ни на шаг не отпускает, все время за руку держит – как будто боится, что она куда-то от него денется. Глупенький! Родители его так любят, что мне иногда кажется, что он у них родился – и мне родной брат. И теперь я считаю нашего мальчика спасением, потому, что родители моего мужа живут в Германии – и мы готовимся уехать к ним. А, если бы мои оставались одни, я бы на это не пошла. Теперь же их не страшно оставлять – они и выглядеть стали, как родители десятилетнего ребенка, и, по – моему, очень счастливы. Соплей никаких в помине не осталось – ребенок такой красивый, никогда не скажешь, что приемный. Когда мне случается бывать где – нибудь с ним – меня обычно гордость за него распирает, всем хочется показать, что он – наш. Я вспоминаю тот день, когда мы приехали из лагеря – с легким стыдом и снисходительностью – к себе, глупенькой. Хорошо, что родители у меня умные оказались.

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 11 мая 2013 17:42

    7. Мою историю можно назвать – «Кошкин дом». Когда я была маленькой – во втором классе – мы с учительницей ставили эту сказку. И я была Кошкой. В жизни мне тоже выпала эта роль. Еще 4 года назад я не поверила бы, если бы мне сказали, что я буду жить в деревенском ветхом домике без удобств – и буду счастлива .
    У меня есть бывший муж, дочь, племянницы и внучатая племянница – дочь старшей племянницы. Все. Еще 4 года назад я с мужем и дочерью жила в пригороде Минска – в доме, который строила с мужем больше 16 лет. Участок под строительство мы получили еще тогда, когда я только вышла на работу из декрета. А дочери - 23 года.
    Мне все еще больно вспоминать о муже и дочери – об этом я кратко: 4 года назад муж поставил меня в известность, что у него есть любимая женщина, и он, как порядочный человек, не может быть с ней, обманывая меня. Но о сохранении нашей семьи речь уже не идет – у него настоящая любовь, и он готов к переговорам. Я выпила, что нашла дома успокоительного, и стала ждать дочь. Мужу спокойно сказала, что обдумаю все – и выйду поговорить. Дом – большой. Даже – очень большой. Я пошла в небольшое помещение, которое мы дома называли «зимний сад» - название громкое для 14 метров, но я очень люблю возиться с растениями – и это место было моим любимым. Села я там в древнее кресло – и стала, ожидая прихода дочери, думать. В процессе этих размышлений я пришла к выводу, что, если муж оставит мне дом – то я не очень буду страдать. В этот дом я вложила за 16 лет всю душу – и мне всегда находилось здесь занятие по душе.
    Дочь вошла в «зимний сад» вместе с мужем. Я хотела поговорить с ней сначала наедине, но она неожиданно отказалась (было ей тогда 19 лет). С первых секунд этого разговора я поняла, что муж и дочь у меня есть уже только формально. Пересказывать разговор сил нет до сих пор. Мне предлагалось оставить мужу и дочери дом, чтобы не продавать его, потому, что дочь остается с мужем. Причем, я должна была сама написать заявление, чтобы так разделили имущество – иначе дочь никогда не сможет жить в так любовно выстроенном «родовом гнезде». Оба призывали меня к доброте и прощению. Обещали, что выкрутятся и купят мне квартиру, а уж о благодарности их обоих за мою сговорчивость я чего только не услышала…
    У меня была сестра, которая не так давно умерла. У нее остались две дочери - 19 и 22 лет. К моменту краха моей семьи им было уже 22 и 25. Когда девушки остались одни (муж сестры пил и она развелась с ним лет за 10 до смерти) – я очень боялась, что они станут внедряться в мою семью. Тем более, что мы жили обеспеченно, а сестра всю жизнь еле сводила концы с концами. Я всегда им помогала, но не хотела, чтобы они стали частью моей жизни. Навестив сестру с племянницами я всегда мучилась угрызениями совести от того, что у меня только на обувь уходит больше средств, чем сестра зарабатывает на двух ставках в больнице (она была операционной медсестрой). Я всегда привозила им фрукты и подарки, мне доставляло удовольствие выбирать что-нибудь для них – они всегда всему были рады (чего о моей дочери сказать нельзя). Но допустить их в нашу жизнь я не хотела, опасалась, что дочери достанется меньше (именно так!). Те годы, что прошли со дня смерти сестры до того страшного дня – я охраняла покой своей семьи от «бедных родственников» - и, чтобы не видеть бедственного положения (я о нем знала) – я отправляла почтой каждый месяц племянницам $ 50 «зайцами» и считала себя великим благодетелем.
    В тот вечер я могла остаться дома. К чести мужа и дочери они не хотели, чтобы я куда –нибудь уходила, пока они не купят мне квартиру и не перевезут меня со всем необходимым. Но, узнав, кто теперь будет хозяйкой дома – я не смогла там оставаться. Любовь у мужа случилась с лучшей подругой дочери… И я сказала, что, слава Богу, у меня тоже есть мужчина – и я пойду к нему, давно собиралась.
    Неделю, или чуть больше, я провела у своей лучшей подруги. Она жила в том же коттеджном поселке, и, как и я, давно не работала. Однажды я услышала, как она говорила своему мужу «сама мечтаю, чтобы она убралась наконец – но что сделаешь, не на улицу же выкинуть». Я весело поблагодарила ее за гостеприимство, сказала, что у меня все решилось (на самом деле ничего еще не сдвинулось с места) – и ушла в никуда.
    И мне на самом деле некуда было идти, кроме племянниц. Я твердо решила искать завтра же работу по специальности – и поехала к ним.
    Приехала – и стала извиняться, что я без гостинцев. А старшая племянница взяла меня за обе руки – смотрит мне в глаза внимательно – и с таким участием «Что случилось?» Увидела она за моей веселостью трагедию. Я и так рассказать собиралась – и попросить приюта на пару дней – а после ее взгляда – просто не могла слова выговорить сначала – так из меня все мое горе полилось. Старшая уже родила дочку тогда – а папа дочки не женился. А младшая в тот день на работе еще была. Пришла она – старшая к ней в коридор вышла, пошушукались они – и ко мне. Кормят – угощают. И такое у них бедненькое все…
    Как девочки меня любовью окружили – я столько любви никогда ни от кого не видела. Мне не сразу удалось устроиться на работу. И совсем не по специальности. В моем возрасте, оказывается, это не так-то просто. Но девочки отчаиваться мне не давали. Такие умные и чуткие обе – старались все время показать мне, как я им нужна. И дочка племянницы старшей не отставала – первое слово мне сказала – погладила по лицу – и так удовлетворенно протянула «Баабаа!» Еще сколько-то времени я порыдала, когда не видел никто. А теперь – с каждым днем все больше счастья. Малышке скоро пять – и она меня, как и мама и тетя – по-настоящему любит. Младшая племяшка наконец замуж собралась. А старшая радуется за сестренку очень. Старшей скоро 30. Мы с младшей взяли по кредиту – и вместе купили домик в деревне в 100 с лишним километрах от Минска – это старшей племянницы мечта была. Ну –сюрприза не получилось, конечно – выбирали дом вместе уже. Когда подписали уже все – старшая говорит «Теперь у нас настоящее родовое гнездо!» Сравнила я втот момент и «Гнезда», и жизнь в них, и отношения людей – и поняла, что в старую жизнь – не хочу ни при каких условиях. Счастливой себя почувствовала.
    Сейчас – первое лето в «Гнезде» (так и называем). Я с малышкой здесь постоянно – моя работа до осени подождет (я просто убираю в коттеджах). А девочки мои – каждые выходные к нам на автобусе, на машину мы не собрали пока. Младшая с женихом. И так хорошо и весело мне с ними – за полночь засиживаемся, и все никак не наговоримся. Девочки с двух сторон меня под руки – сядем, и мечтаем. Повесили вот сегодня занавески – красота! А ведь когда – то я скривилась бы от таких. Дура! Разве в занавесках дело? Все дело в том – кто, как и для чего их повесил. А их – наша младшенькая сшила сама, руками – специально для «Гнездышка». Мы со старшей договорились ей на день рождения машину швейную осилить.

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 12 мая 2013 23:19

    8. «Я ждала доченьку с самого первого дня. С самого начала знала, что она уже есть. Ни секунды не сомневалась в том, хочу ли ребенка. Ни о чем мне так не думалось, как о ней, ничего не было так интересно, как любая информация о том, как она теперь выросла внутри меня. Сейчас мне кажется, что я сразу знала и то, что она – девочка. Имя придумывала все три сезона – летом нравились одни, осенью - другие …к моменту рождения – весной – имя я выбрала. Беременность протекала хорошо, ни одного нарушения, кроме раннего старения плаценты, не было, а с этим – меня успокоили что - не серьезно.
    Схваток, как таковых, я не чувствовала. В этот день с утра – с пяти или даже раньше – было необычно, немного тяжело дышалось, тянуло. Я встала под душ – так было лучше – и стояла около часа, мечтая и пытаясь отвлечься от непонятного состояния. В какой – то момент я поняла, что малышка давно ни разу не шевельнулась. Паника. Не хватает воздуха. Скорая. Больница. Осмотр. Аппарат внутриутробного контроля за состоянием плода. Операционная. «Что сегодня ела? Ничего…»
    Голубой потолок. Зовут по имени. Я родила дочку? Покажите!!! …не показывают. Проваливаюсь.
    Стою у окна, смотрю на мужа и плачу. Ни разу не кормила дочку – только сцеживаю молоко. Ни разу не держала ее на руках. Дочка в реанимации. Последствия внутриутробной гипоксии. Асфиксия. Отечный синдром. Молока – можно троих выкормить. Говорю об этом мамам в палате. Они переглядываются. Пристаю с расспросами – пока я стояла у окна, в палату заходила санитарка - местное радио. В детской малышка, от которой сегодня сбежала мать. Отворачиваюсь. Мне больно, что не нужный никому ребенок – здоров, в то время, как моя кровиночка… просто душат слезы.
    Неонатолог ничего не знает. Она не наблюдает мою дочь. У нее есть только скупые сведения больничной сводки. Когда же я ее увижу?
    Наконец, наступает этот день. Я могу только смотреть и дотронуться пальцем через круглое отверстие для рук. Капельница. И вдруг моя дочурочка открывает свои глазки – и смотрит на меня! Кто сказал, что взгляд новорожденного младенца – мутный? Это – лучший взгляд, который я видела в жизни! Разговариваю с ней – и совсем не плачу. Я точно знаю, что все будет хорошо. Глажу пальцем родной кулачок – и он раскрывается ладошкой вниз – как цветочек расцвел! Рассказываю дочери КАК люблю ее, про нашего папу – как он нас ждет, и, почему-то – про брошенную девочку. Впрочем – как это – почему-то? А кому мне здесь рассказывать все, что происходит, как не родной дочери?
    Мое сокровище на словах «представляешь, ее мама просто бросила ее!» - снова открывает глазки. Смотрит вверх. И в этот момент я понимаю, что если помогу той, брошенной, - эта, долгожданная – будет здорова. Я никогда не решусь признаться, что это – я. Только анонимно я делаю это признание. Не хотела, не любила, но точно осознала вдруг (как вспышка) – что это – непременное условие.
    В роддоме кормила чужую девочку. Сказала мужу – он не был рад – просто не спорил – он такой. Удочерить оказалось не очень легко, но то, что я кормила ее в роддоме – оказалось обстоятельством в пользу удочерения. Мы все еще были в больнице. Еще не все документы собрал муж – и суда еще не было. Мою доченьку выписали домой. Да, группа риска по нескольким линиям. Да, ПЭП! Но больше – ничего! Мы выкарабкались! Появились все рефлексы. Я летела по больничному коридору, придерживая свой живот обеими руками – и вдруг крылья обмякли. Я вдруг осознала, что не смогу уехать без той, второй. А суда еще не было! Я физически страдала , что не могу увезти обеих дочерей. Стояла у зав. Отделением – «Они же близнецы, они родились в один день…я же кормлю…» - и зав. Отделением звонила куда-то, доказывала, делала отмашку рукой – «сядьте» - и снова с кем-то разговаривала – то властно, то просяще – а я молилась не зная ни одной молитвы. Наконец она положила трубку и сказала: «Только одна возможность – Вы остаетесь у нас, и второй ребенок остается у нас. До оформления документов.» И я, которая только что как самое большое счастье предвкушала выписку со своим ребенком – только счастливо кивнула.
    Никто кроме мужа не знает, что я родила одну девочку. Даже девочки. Это я назвала обеих дочерей – и выкормила их своим молоком. Они родились в один день, просто одна из них заблудилась до рождения. Они похожи! Очень! Никогда ни у кого не возникло ни одного сомнения. Родные наши – в другом государстве . Мне повезло, что муж не догадался отправить сразу телеграммы (а сотовых тогда не было). Я в семье сама этим занималась - письмами, телеграммами. А тогда мне не до родных было.
    С тобой это тоже пускай умрет… не обижайся! Я знаю – ты в последнюю очередь сказала бы. Но – на всякий случай. Зацепило меня, понимаешь, как ты про брошенных детей рассказываешь…
    Нет, не чувствую я разницы. Бог мне подарил обеих – просто разными путями. Ты и не догадаешься никогда – которая из них – а я – ни за что не скажу» - и она залилась таким заразительным смехом, что мне тоже весело смеялось, пока она достала фотографию , вставленную в пластиковую обложку от проездного. Маленькая фотография близнецов лет 13. Красивые девочки. Разнояйцевые, это точно. Но обе на маму похожи – очень. А, может, и на папу – я его не видела .

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 14 мая 2013 10:26

    9. Замуж я вышла по любви. Муж до нашей встречи, а не свадьбы, года полтора, как развелся. Обычная история в наше время. Мама, правда, плакала и говорила про меня «с большого грома – маленький дождь». Мне, действительно, с детства делали комплименты по поводу внешности, и, чаще всего, прибавляли – замуж выйдет не меньше, чем за принца. Для меня самой муж, безусловно, не принц. Он – король. И не на белом коне - а в карете, запряженной не меньше, чем восьмеркой белых коней.
    Первые 2 года супружеской жизни ничем не были омрачены. Забеременела я, как только этого захотела (муж всегда хотел – у него в первом браке была дочь, он надеялся на сына). Это и произошло сразу после второй годовщины свадьбы. У меня было жуткое состояние – ничего не могла съесть. Похудела, но ребенка хотела очень, боялась – как он там сформируется, если я ничего не ем почти. Настроения не было – чувствовала себя больной. Вот в это трудное для меня время бывшая жена моего мужа «подкинула» нам свою дочь в трудном 11 – летнем возрасте. Она, видите ли, выходила замуж – и попросила отца ребенка ей помочь. Я, понятное дело, объяснила мужу, кому он сейчас должен помогать. Но он не послушал, и дочка мужа на все лето (был конец мая) переселилась к нам. Вообще-то летом мы жили в загородном доме, и места там было немало. Но, чтобы помогать по дому мне и обслуживать собственную внучку, к нам переехала свекровь. Ну не могу я сказать, чтобы у меня были плохие с ней отношения, - нет, скорее хорошие. Но, согласитесь – для беременной женщины не самые комфортные условия?
    Первое время свекровь старалась мне угодить – это было видно. Я ее не задевала ничем, но через какое-то время она ко мне как бы охладела. Ворковала со своей ненаглядной внучкой, ходила с ней на прогулки в лес, ездили они вдвоем за продуктами, и, хотя и спрашивали меня, что мне купить, но, услышав мое «спасибо, ничего» - так ничего мне лично и не покупали. Я чувствовала себя просто бездомной какой-то, и все чаще выговаривала мужу, что не чувствую «нашей семьи» - а просто коммуналку какую-то.
    Я была на четвертом месяце, когда у свекрови умер брат в Нижнем Тагиле. И она срочно уехала на похороны. Вернее, улетела, это обратно она должна была на поезде. Муж сначала собирался с ней, а потом у него появились срочные дела по работе в Австрии – и он улетел вслед за свекровью, а мне ничего не оставалось, как согласиться на его, почти со слезами, уговоры пожить эти пару дней с его дочкой, раз такие неприятности.
    Отношения у нас с ней к тому моменту были «доброе утро» - «спокойной ночи», а между этими фразам , чаще всего – больше ни одной. И вдруг – мы вдвоем во всем доме.
    Только к вечеру первого дня я осознала, что смертельно боюсь ночевать одна в этом доме. Ужин готовила я – и, когда кормила ужином дочку мужа, почему – то сказала ей об этом. Она сказала, что тоже боится. И мы как-то так договорились лечь вдвоем в комнате, где было что-то вроде гостиной – два дивана и телевизор. Я не хотела спать на кровати свекрови в комнате, где она спала с девочкой, и не хотела пускать ее в нашу спальню – вот и предложила такой вариант. А, чтобы это выглядело естественнее, предложила перед сном что-нибудь посмотреть.
    Поужинав, мы включили телевизор, и нашли фильм, который не смотрели ни она, ни я. Назывался он – «Шестое чувство». Посмотрели. Легли спать. Фильм мне понравился, но одна мелочь не давала успокоиться – в фильме был момент, когда мачеха два года травит девочку – падчерицу, добивается ее смерти – а потом отец девочки об этом узнает. И в этот момент фильма дочка мужа посмотрела на меня. Я сразу сказала «Ну, я же не такая!» - как-то само сказалось, как-то жалобно. Она сразу отозвалась «Ой, нет, конечно » - и даже улыбнулась. Вот и весь инцидент – но долго не давал мне заснуть.
    Всю ночь мне снился всякий бред. Ничего связного, но фигурировал в этом сне и ребенок, которого я ждала, и муж, и свекровь – и дочка мужа тоже. Встала я довольно разбитой, но, возясь с завтраком, вдруг в окно увидела девочку, которая возвращалась с улицы – и разозлилась. (я-то думала, что она еще спит под тем ворохом одеял, что я, вставая, видела на соседнем диване. Когда она вошла в кухню, я уже стояла уперев руки в бока : «Ты почему ушла, а я об этом не знаю? Тебя с кем оставили ?» Она вдруг сильно покраснела, и стала оправдываться – «Я Вас будить не хотела, я думала во дворе можно» И в этот момент мне в память постучался эпизод из фильма, где эта отравительница говорит «и не говори мне, что вкус странный – я не хочу этого слышать!». Интонация похожая там была. Этот фильм вообще про детского психолога – и он там работает. И мне так захотелось с ней поговорить. Я завтрак ей накладываю – и говорю, как взрослой, как подруге – все, что по-настоящему меня тревожит. Про то, как я боюсь одна оставаться, и как боюсь, что не нравлюсь теперь свекрови – а она меня прерывает, и говорит «Ой, что ТЫ , бабушка ТЕБЯ так любит !» - и сразу ладошкой рот закрывает с испугу – и глаза нараспашку: «Ой! Извините!». А мне это так по душе пришлось, и момент искренности не кончился – я ей говорю «А давай, правда, на «ты» - мне так больше нравится» А она – «и мне».
    Сказать, что с этого момента у нас полное взаимопонимание началось – было бы неправдой. Потому, что ей сейчас уже 14 – и она стала вреднющая и противная – ужас. Но она все равно с того утра и до сих пор – наша, а не мужа только. С мамой у нее все в порядке. У нас она только летом и на выходных иногда. Но больше у меня это никаких негативных чувств не вызывает. Наоборот – мне с ней намного веселее. И со свекровью мы живем дружно. Когда мне поначалу еще казалось, что она меня недолюбливает – вспоминала то «Ой! Что ты! Бабушка тебя так любит!» - и становилось спокойнее.
    С братьями (у ее мамы тоже родился сын в новом браке) возится очень редко, в охотку. Но уже видно, что не обидит и защитит, если нужно. А возиться – успеет еще. Я себя в этом возрасте помню, она куда серьезнее .
    А я теперь, если испытываю неудобство с какими-нибудь людьми или думаю, что они плохо ко мне относятся, кто бы это ни был – всегда стараюсь просто сказать им об этом необидно как - нибудь. Всегда помогает.

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 18 мая 2013 13:38 Редактировалось Фиджа, 1 раз.

    10. А моя история совсем простая. Ни тебе поисков, ни ожидания – все на блюдечке. Даже решения принимать не пришлось. Но это – моя история, а значит, очень дорога мне такая, какая вышла. Расскажу, чтобы тот, кто услышит, по сторонам смотрел без презрения к окружающим.
    Когда у нас с мужем родилась дочка, естественно, в первые месяцы мы вместе почти никуда не выезжали. И единственным способом выехать из дома хоть на пару минут было покупать продукты ночью, потому, что, когда муж остался единственным кормильцем (с нами еще свекровь живет), он стал возвращаться с работы после 10 вечера, чтобы больше заработать. Свекровь у нас общая мама, очень хорошая, но она инвалид (сердце, диабет). С внучкой на час – два, когда мы уезжали за продуктами, оставалась она.
    Если удавалось выехать пораньше, то мы еще гуляли немного где – нибудь в красивом месте. В тот день это была набережная со стороны гостиницы Беларусь. Вернее, дорожка от набережной к церкви Марии Магдалены. Сначала мы хотели посмотреть на воду, потом увидели компанию подростков явно выпивших, которые спорили и чуть ли не дрались – и пошли по направлению к церкви. Мы оба во всех подробностях помним разговор, который тогда вели (не раз уже вспоминали): о том, что постараемся не допустить, чтобы наша дочурка когда – нибудь оказалась в таком обществе. Что хотели бы, чтобы маргиналам отводили районы для проживания, вроде Куинс в Нью-Йорке, и даже запрещали им передвижение по приличным районам. Что надо будет со всей серьезностью подходить к выбору садика – школы, вплоть до частных, лишь бы наша принцесса никогда не слышала ничего подобного только что слышанному нами. Особенно там нам запомнился один подросток с очень грубым хриплым голосом, очень низкого роста – самый в той компании агрессивный и наглый, который и кидался на всех. Муж сказал, что по голосу ему никак не меньше 14, а на вид – и 10 не дашь. Значит (сказал муж) курить начал с детсадовского возраста. А я испытала такое омерзение от всей этой сцены и слышанных, с позволения сказать, слов – что в дальнейшем разговоре черпала возможность успокоиться.
    За продуктами решили зайти пешком в ближайший маленький Престон – а потом обратным ходом гулять к машине, припаркованной довольно далеко.
    До Престона было недалеко, но мы гуляли – и пришли туда нескоро. Возле Престона, обняв перила пандуса, прямо на земле, сидел тот неприятный подросток, который был маленького роста и с голосом взрослого прокуренного мужика. Никого рядом не было. Даже из магазина никто не выходил в тот момент. И ни одной машины. Муж наклонился посмотреть, что с ним, со словами – «Ну, парень, ты и напился». Парень в этот момент стал валиться лицом на землю – и муж одной рукой его удержал и привалил обратно к перилам, а другой уже достал телефон – и вызвал скорую. Пока мы ждали скорую, рядом уже появились люди – и даже успели образовать вокруг нас кольцо. Когда скорая приехала, мы просто хотели убедиться, что все в порядке – и остались стоять. Врач (мужчина) спросил, что случилось – мы рассказали с того места, как подошли к Престону. Врач сказал «Надо, чтобы кто – нибудь из свидетелей поехал с ребенком» И толпы мгновенно не стало. Муж посмотрел на меня, и я сказала, что мы можем поехать, но только вдвоем. Врач сказал – садитесь спереди. И мы с мужем поехали на месте врача, а они с медсестрой – в салоне с парнем.
    А в больнице мальчика сразу на каталке забрали, а нас оставили в приемном боксе на кушетке и попросили подождать сотрудника милиции. Который спустя пару минут составил протокол и сказал, что ребенок в бессознательном состоянии и пока фамилию – имя они не знают, но есть порядок действий в таких ситуациях, и все будет хорошо. И мы можем идти. Мы как – то почти не договариваясь , стали спрашивать уже у медсестры, нас провожающей, куда положили, что с ним и как его можно навестить, если понадобится. И она сказала, что у ребенка из видимых причин состояния – герпетическая ангина, генерализованная – большая площадь поражения, температура при поступлении – почти 41, уже ниже, в таком состоянии посещение только близкими родственниками и с разрешения врача. И еще сказала , что ребенок в таком состоянии, что есть подозрение, что он живет на улице.
    Когда мы ехали за машиной на такси – почти не разговаривали. Как-то не могли. Рассказывать стали маме дома – и заодно узнали, что оба этим всем впечатлены. А родная сестра мужа моей сестры – в этой больнице работает медсестрой. И вот, мы, несмотря на время, стали звонить родственникам, чтобы ее разыскать, она оказалась на дежурстве, отделение оказалось ее. И она предложила приехать, если мы хотим – даст халат, проведет, потому, что неплохо будет, если в палате кто – нибудь с ребенком посидит. Муж сказал, что герпетическая ангина – штука очень заразная, поэтому он бы поехал, а меня оставил бы с дочей. Я хотела сама, но с доводами согласилась, и отпустила с условием постоянной связи. А мама с глазами на мокром месте провожая мужа сказала «Так тобой горжусь!».
    Муж приехал утром уже раненый. Ребенку оказалось 7 лет. Алкоголичка – бабушка – опекун. Мать неизвестно где, родила неизвестно от кого. Мальчик пришел в себя, ему все время обрабатывали глотку, он лежал под капельницей, было больно, он почти всю первую ночь или спал, или плакал. Мама ходила по квартире, тихонько вздыхая и приговаривая «Ой что ж это… за что ж детей – то , Господи…» и все время меня как- нибудь приласкивала, словами, заботой. В общем, прожили мы в таком режиме несколько дней, потом меня муж отвез в больницу знакомиться (мы уже решили, что как-нибудь будем этому мальчику помогать, где бы он ни оказался) – и я впервые по – настоящему его увидела. Он просто очень на меня похож. У меня такое впечатление было, что я увидела свою детскую фотографию. И, как только увидела – сразу поняла, что нигде, кроме нашей семьи, этот ребенок оказаться не должен. И даже не подумала, как должна себя вести. Ни мужу ничего не сказала, ни даже мальчику – просто как-то руки сами полезли его обнимать, как если бы он всегда был мой ребенок. Он тоже не удивился, не отпихнул, а так доверчиво мне навстречу распахнулся – что я сразу поняла, что он по – настоящему мой, просто родился не там, аист ошибся.
    Короче – сцена эта в больнице по значимости в моей жизни похожа на первую ночь с мужем. Когда я сына впервые тогда обняла – у меня грудь наполнилась молоком так, что вся майка через прокладки мокрая была. Был бы помладше – стала бы кормить.
    Оформили усыновление очень быстро. Привязанность к бабушке у него была, поэтому иногда возили встречаться, пока она не умерла. Но в последнюю встречу он уже испуганно прижимался ко мне, а в машине сказал, что не представляет, как он так жил.
    Привычки всякие довольно долго нам мешали, не обошлось и без детского психолога.
    А так – ребенок как ребенок. Чувствую себя так, как будто обоих сама родила. Дети дружат настолько, насколько это возможно при разнице в 7 лет. Вот теперь мальчик наш действительно подросток. Учится в гимназии, умница, веселый и очень спортивный. С мужем они рыбаки у нас, а с бабушкой – интеллектуалы и философы. А у меня он просто сЫночка, маленький мой мальчик. Недавно вот сломал обе руки, катаясь на роликах. В НИТО, после наложения гипса, еще в слезах оба – и он, и я, помогаю ему в туалет сходить, а он мне говорит «Мам ! А как те дети, у которых никого нет – если обе руки сломаны?» Я сзади него стояла, джинсы ему застегиваю, целую, а он щекой прижимается и говорит «Ужас, да? Представляешь – или чужая тетка, или в штаны…»

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 20 мая 2013 16:15

    11 Если бы за год до случившегося мне кто-нибудь рассказал, как все выйдет – я не только не поверила бы , но и поссорилась бы с этим человеком. Потому, что моя история – последнее изо всего, чего я раньше себе бы пожелала. Тем не менее, сейчас я счастлива так, как раньше и не мечтала. Если что-то и омрачает мне жизнь, то это непонимание окружающими, в первую очередь, моими близкими, что моя жизнь теперь имеет смысл и такое содержание, какое я хотела бы и для них для всех.
    Началось все с того, что я потеряла работу. Учреждение просто было ликвидировано. И знакомая рассказала мне про листовку, виденную в метро – «работа мамой». Предлагалось взять к себе ребенка – и получать зарплату за его воспитание, деньги на его содержание и еще всю социалку – отпуск, больничные, и.т.д. Я рассудила, что это неплохой выход из моего положения – тем более, что ни выйти замуж, ни родить я уже не рассчитывала. Просто не сложилось – пятнадцать лет своей жизни я отдала женатому мужчине, люблю его и по сей день, но он выбрал семью. Рожать «украдкой», без его согласия я для себя не считала возможным. И осталась одна в родительской двушке.
    Ничего интересного в «устройстве на работу приемной матерью» я и сейчас не вижу. Документы, учеба на курсах приемных родителей – и, наконец, заключение о том, что я могу принять в свою семью ребенка. Озадачило, правда, сообщение о том, что «выбирать» детей никто не предлагает, т.к. меня принимают на работу, а это значит, что кого дадут, того и буду воспитывать. Обещали учесть мои пожелания относительно пола- возраста. Я попросила девочку помладше. И получила направление в приют своего района. Девочки там в тот момент были, но как-то я совсем не представляла себе этих девочек рядом – были они какие-то не по годам развитые, разбитные – и совсем не маленькие. Я стала просить психолога приюта помочь мне найти маленькую девочку – и услышала такую гневную отповедь, что у меня на глазах показались слезы – и я встала и попрощалась. Психолог кивнула мне молча, и тут же стала звонить по мобильнику, а я – пробираться к выходу. В тот момент я уже решила, что затея глупая, и уже ничего не хотела. И тут она окликнула меня и предложила съездить в приют другого района – у них есть маленькая девочка, правда, кажется, с братом и сестрой. Терять в общем-то было нечего – и я поехала.
    Девочка была с явными следами пьянства родителей на лице – знаете, такое лицо – безо всякого выражения, полуоткрытый рот, слюни, которые не вытекали – но влажно блестели в уголках рта. На меня она почти не среагировала, безразлично скользнула взглядом – и все. Я сказала – «Знаете, я наверно переоценила свои возможности – я не готова взять любого ребенка – и работать.» Женщина – замдиректора приюта ответила: «Тогда усыновлять надо ребенка, а не на работу устраиваться» И я и здесь попрощалась.
    Девочку увели несколькими минутами раньше – и она стояла у меня на пути с женщиной, которая ее увела, девочкой лет 12, и двумя мальчиками, один из которых был старше девочки, а другой младше. Увидев меня они, оживленно разговаривавшие перед этим, замолчали и повернулись ко мне. Все. Я шла по узкому коридору, деваться было некуда, когда стала обходить их , старшая девочка спросила «Вы ее забираете?» Я просто не успела сообразить, что вопрос был адресован мне, а женщина, державшая младшую девочку за руку, стала кричать на старшую девочку и мальчиков, даже замахнулась на них – и прогнала в сторону лестничной клетки. Они оказались впереди меня и я, так и не успев ответить, проходя по лестнице вниз, увидела, как девочка поднималась по этой лестнице вверх, ласково подталкивая младшего из мальчиков и тихо говоря что – то старшему. За ними поднималась злющая женщина, тащившая на буксире 4 – летнюю несостоявшуюся «мою девочку». Я ушла.
    Становиться приемной матерью мне расхотелось. Работа у меня давно уже была (один из требуемых документов был – справка о зарплате за последние 3 месяца, а другой – характеристика с места работы) – и первоначальный мой мотив уже не был актуален. А моя надежда обрести семью рассыпалась.
    Тем не менее, у меня из головы не выходила та, старшая. И, когда я услышала по местному радио объявление о том, что социальный приют просит принять на лето на безвозмездной основе, детей – я подумала о том, что, пожалуй, забрала бы на лето эту девочку. И поехала в приют. В этот раз она понравилась мне еще больше. В первую очередь…своим категорическим отказом идти к кому бы то ни было в гости. «Если только все вместе. А если нет – мы лучше в детский дом. Я малых не брошу». Не знаю, как я на это решилась – как в холодную воду бросилась. Говорю – «Давайте все – на месяц». И сразу стала соображать, как же это устроить – отпуск мне еще не был положен. А девочка говорит : «Тогда надо у остальных спросить». Привели остальных – я-то думала, что, может, старший мальчик просто друг ей здесь, в приюте – а оказалось – их четверо. 4 и 12 – девочки, 7 и 13 – мальчики. Пришли они – а я в каком-то таком состоянии была, что готова была на подвиги, лишь бы они согласились. Про такое и говорят «очертя голову». И я их стала просить сходить ко мне в гости – на выходные, посмотреть. Старшие друг дружке головами кивнули – и согласились. Младшие – за ними. А замдиректора, у которой этот разговор происходил, спрашивает «Сейчас будете забирать?» А я и забыла, что пятница. И забрала.
    Идем мы домой впятером. Я себя внутри спрашиваю «Ты вообще в своем уме? Ты что творишь?» и сама себе отвечаю «Проблемы будем решать по мере их поступления. Пока проблем не вижу – холодильник полный, дети своими ногами идут, кроме двуспальной кровати в маленькой комнате есть два дивана , один из которых раскладывается в двуспальную кровать – в большой. И на кухне у меня тоже старый диван стоит. (все это описывали, когда давали разрешение на приемную семью – и тогда сказали «можно и не одного»).»
    И вдруг вспоминаю я, что у меня не убрано. Даже ведро с грязной водой, которой я пол не домыла, прямо посреди коридора. Так мне хотелось скорее в этот приют попасть. И мне так стало неловко – я и говорю старшей девочке об этом. «Извините, мол, у меня не всегда так». А она вдруг заулыбалась, и говорит «Я тоже боюсь, что не понравимся. А еще боюсь, что малых в детский дом заберут, а нас в интернат – и мы больше не увидимся» Так, в этих разговорах о том, кто чего боится, мы и дошли. Девочка как вошла – стала говорить как у меня красиво, а я тем временем за ведро – и в ванную. Выхожу – а они в коридоре как стояли – так и стоят. В этот первый вечер намучалась я с ними. С места не двинутся, пока не пригласишь. Пройдут, куда показано – и снова замрут все вчетвером. Накормить – и то проблема. Каждый кусочек съел – и «спасибо большое». Я им накладываю, а они друг на дружку смотрят – и скромненько так, как мышки, понемножку. Но самое большое расстройство мне было, когда девочка с мальчиком старшим попросили разрешения «позвонить маме». Разрешила, конечно. И как-то так обидно мне стало, я села в кресло – и жду, когда они там в кухне поговорят. А малыши – со мной. Я и говорю семилетнему «Ты, может, тоже с мамой поговорить хочешь?» Он головой покивал – и стоит на месте. Я за руку его взяла, встала, веду на кухню – и слышу, как старшие друг с другом разговаривают «пьяная» -и трубка лежит уже.

    Предложила я им почитать на ночь. Постелила, уложила всех - мальчиков на диване, младшую на маленьком диване, а старшую на кровати - открыла двери, чтобы всем слышно было – и стала читать. Детской литературы у меня дома не было – мою детскую племянникам отдали, а я не подумала об этом еще. И взяла я им читать «В дурном обществе» Короленко – у меня собрание сочинений. Слушали молча, я и не поняла, когда младшие заснули. Увидела, что спят, лампу погасила, сказала старшим «спокойной ночи» - и к себе на кухню. Чай себе налила – сижу и думаю. В эти несколько минут все и решилось. Выпила я свой чай, вышла в комнату – а они уже все спят. Я в кресло села – смотрю на них - и насмотреться не могу. Даже на самую младшую. Думаю – «Как же уютно в доме , когда в нем дети, и не один – двое ».
    Утром поговорила со старшими - как на духу сказала, что очень хочу, чтобы они все со мной остались. И не пугает меня, что они свою маму знают и любят. Если мама захочет их забрать – заберет. Я им буду тетей. Одиноко мне, сказала, без детей.
    Повоевать мне все-таки пришлось немного. Не хотели в двушку четверых отдавать. Но отдали в конце концов. Это – по документам. А в жизни – так до сегодняшнего дня больше мои детки нигде и не ночевали – только дома. Устроить нам все, конечно, по-другому пришлось, но разместились мы довольно уютно. Комната девочек (это я с девчонками вместе там живу) – и комната мальчиков. А общая – кухня. Хотя вообще-то только спать расходимся, а так все- вместе. Малышка выправилась. Она уже школьница, и с учебой все в порядке. Не такая, конечно, отличница, как старшие двое – но и не хуже других детей в классе. Ласковая, добрая. И никакой у нее уже не остановившийся взгляд. Она вообще самая красивая девочка в своем классе. Все мальчишки в нее «влюбляются». С работы я уволилась еще в тот понедельник, в который должна была детей обратно в приют отвести – и не отвела. Работаю приемной мамой. Содержание на детей небольшое совсем, нам его не хватает, конечно, но есть еще моя зарплата, а когда тяжело приходится – я просто беру какую-нибудь подработку, я их много уже освоила. Старшие – не просто дети. Они – настоящая опора и помощь в трудные моменты. И не зовут они меня тетей – мамой зовут. Позвонили-позвонили какое-то время маме биологической – да и бросили. Потому, что никто не ждал там этих звонков. Так что хорошо, что я не запрещала.
    Из истории моей не выкинешь и трудности – у обоих мальчиков энурез был первые год – полтора (полтора у старшего как раз – памперсами для взрослых спаслись, сняли проблему – и она исчезла). Младший сынок переболел менингитом (слава Богу, без последствий). Но все это время со мной рядом переживали трудности, так же, как и радости, мои дети. И все равно это было счастье.
    Сын сказал через два года нашей общей жизни, что думал в тот первый день, что я буду им показывать, как я им помогаю, и его потрясло, что я в первое наше совместное утро сказала, что прошу их мне помочь – согласиться остаться со мной, потому, что одной – одиноко. Младший сын у нас – футболист. Вечно все коленки в ссадинах. Но я втайне люблю эти ссадины-царапины нестрашные, потому, что только когда их «лечишь» он дает себя целовать. Я их всех очень люблю, но все они, даже старший сыночек – детки мне. А старшая доченька – она еще и подруга. Она – такая замечательная дочь, что я часто думаю «Смогла ли бы я родить и воспитать такую, если бы вот так мне ее Бог не послал?» И честно сама себе отвечаю: «Такую – точно не смогла бы. Такая – одна на всей Земле. И она – моя. Повезло.»

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 22 мая 2013 14:34

    12. Однажды моя подруга попросила меня присмотреть за ее ребенком, пока она сходит к стоматологу. До этого у подруги с ребенком сидела мама, но тогда мама уехала на пару недель к подругиному брату, у которого тоже родился ребенок. Не могу сказать, что я обрадовалась. У меня вообще к тому времени не возникало желания иметь ребенка самой. Но отказать было равносильно ссоре, мы собирались вместе в отпуск, и ссориться в мои планы не входило.
    Я осталась впервые с полуторагодовалым мальчиком – и сначала, несмотря на подробный подругин инструктаж, решительно не знала, что делать. Малыш не капризничал, деловито стучал уже битых полчаса всеми принесенными подругой игрушками по моему журнальному столику, меня слегка мутило при мысли, что так будет еще долго. Сидя рядом с ним на ковре и вызывая у него столько же интереса, сколько вызывала ножка столика, я, от нечего делать, взяла его книжку, раскрыла и стала читать вслух. Книжка была малышу знакома, потому, что он чаще всего впопад, заканчивал предложения. И вообще – заинтересовался и перестал долбить по столу. Когда книжка кончилась, он забрал ее у меня из рук и снова стал давать мне – «Читай, дескать, снова». Потом он довольно спокойно поел, и мы продержались так до прихода подруги. Я была счастлива, что мое «няньство» закончилось, и честно призналась себе, что в ближайшие годы ребенка у меня не будет.
    В отпуск подруга собиралась без малого – мама обещала ее отпустить. Надеялась, что подруга «кого-нибудь встретит». (с ребенком она осталась одна задолго до его рождения, мы и не знали толком, кто его отец). Так и случилось. С этого все и началось. Парень, с которым она познакомилась, был интересным внешне, но с самого начала активно не понравился мне. Сначала подруга вышла за него замуж, потом отдала малого в садик и пошла на работу, потом ее мама уехала окончательно к сыну в Россию. Мы после того отпуска, не без участия подругиного мужа, отдалились. И несколько лет я почти не виделась с ней, только изредка разговаривала по телефону.
    В моей жизни за это время тоже произошло несколько серьезных событий. В том числе – развод по инициативе моего мужа, который был для меня просто катастрофой. Я позвонила ей в один из таких вечеров, когда цепляешься за что угодно, чтобы выжить. Она пришла ко мне на зов, просидела со мной целую ночь – и по-настоящему меня спасла. Но уже в ту ночь я поняла, что подруга пропадает.
    Прошло еще около года. Я снова за это время пару раз общалась с ней по телефону. И однажды поняла, что подруга моя – алкоголичка. И муж ее – тоже. С мамой своей она к тому времени, как я поняла, рассорилась, опять же из – за мужа. Он, в отличие от подруги , вообще нигде не работал. И я напросилась к ней в гости. Я в тот момент, когда договаривалась, уже понимала, что, больше, чем подруга, меня интересует ее ребенок. Мне вдруг так захотелось его увидеть – каким он вырос с тех полутора лет .
    Ребенка в доме не оказалось. Не было ни малейшего признака присутствия детей в квартире. Было старо и пыльно, берлога, да и только. Я долго не решалась спросить подругу о сыне, но, спросив, не пожалела – она вдруг набросилась на меня агрессивно, хотя только что мирно разговаривала. Это прозвучало так болезненно: «Что вы все мне в душу лезете?». Я поняла из этого крика только то , что ребенок жив и не с ее матерью.
    Прощаясь понимала, что постараюсь в этом доме больше не бывать. Понимала и то, что звонить больше некому – подругу спасти было невозможно, потому, что она не хотела спасаться. Она любила своего алкоголика – тунеядца и готова была работать дворником (а другую работу ей уже никто не предлагал), чтобы этого, с позволения сказать, мужчину, прокормить.
    Назавтра я позвонила с работы в ее ЖЭС, в РОНО, и выяснила, что ребенок, которому к этому моменту было 6 лет – в детском доме. Уже полтора года. (То есть, в ту ночь, за которую я подруге до сих пор благодарна, он уже был там). Директор детского дома, услышав , почему я интересуюсь именно этим ребенком, предложила приехать познакомиться с ним прежде, чем я возьму разрешение забирать. Но мне почему – то не хотелось ждать.
    Мы живем пока вдвоем. Пока – потому, что у меня есть близкий человек, и, если все будет хорошо, скоро мы будем жить вместе. Мой сын – не очень здоровый ребенок. У нас много проблем с поведением, вниманием и памятью. В школу пока не пошли, хотя скоро 8. У меня есть подозрение, что муж моей подруги нанес малышу непоправимый вред. Потому, что поначалу он панически боялся любого мужчины. Своего любимого человека я смогла оценить в первую очередь по тому, сколько терпения и мудрости он проявил, построив с моим маленьким «зверенышем» добрые отношения – буквально «оттаял» его.
    Иногда я вспоминаю тот день, когда подруга еще была счастливой матерью – а я осталась с моим теперь ребенком. Я понимаю, что тогда к материнству просто не была готова. Но хорошо, что у меня в памяти есть этот день. В моменты, когда теперь мое материнское терпение кончается, мне эта память помогает вспомнить о том, насколько хорошим и умненьким мой сын был с самого начала – и о том, что все трудности, которые у него сейчас есть – следствие взрослого произвола, а не его врожденные недостатки.
    Уже меньше истерик , лучше спит ночью. Уже реже приступы необъяснимой агрессии.
    Только вот до сих пор не хочет слушать, когда я пытаюсь ему почитать. Не слышит, не концентрирует внимание. Когда психолог впервые предположила, что на слух не воспринимает врожденно – я рассказала про книжку в полтора года. И с того момента снова и снова пробую вернуть этот утраченный его интерес. Он снова отворачивается, хочет убежать от этой книжки – а я сразу вижу перед собой крошечку, протягивающую мне ту, малышовую, книжечку , и заканчивающую за мной фразы. И, обнимая его, мысленно прошу прощения. Я люблю моего ребенка. Молюсь за подругу. Она ни разу за все время, что он пробыл в детском доме не навестила его. Мне кажется, что она так и не знает, что он со мной. Иногда я думаю и о ее маме – где она? Но сына я никому из них не отдам. Он уже мой родной ребенок. Самый любимый мой человечек. Мы справимся со всеми проблемами, я точно знаю – он будет совершенно нормальным, счастливым, веселым мальчишкой. Просто нам нужно время. И много – много моей любви.

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 18 июня 2013 00:19

    13. Мои родители живут в маленькой деревне. Раньше они жили в райцентре, а, выйдя на пенсию, перебрались в эту деревушку, потому, что всегда хотели собственный дом, а выросли мы с братом в родительской двухкомнатной квартире без участка. Я вышла замуж за человека, который в этой самой деревушке и родился, и вырос. Думаю, понятно, каким образом родители нашли и купили дом именно там. Муж и сам бы оттуда не уезжал, но найти работу рядом практически невозможно, а мы с мужем учились вместе, и специальность у нас сугубо городская. Поэтому мы живем в «большом городе, областном центре». Все 6 отпусков нашей совместной жизни провели у моих родителей (мужа растила одна мама, и она, к несчастью, уже умерла.) Места там мне нравятся настолько, что я и сама задумываюсь о том, как счастливо мы с мужем проведем там время после выхода на пенсию. По характеру люди мы не тусовочные: для мужа нет любимее занятий, чем рыбалка и грибы, а я после рождения нашей принцессы ничего не люблю больше, чем заниматься собственным ребенком.
    В то лето я уехала к родителям, как только погода стала достаточно теплой для переезда с двухмесячной дочуркой. Муж остался работать в городе, мы ждали его только в отпуск – через почти 2 месяца. Скучали, перезванивались, но не виделись все это время.
    Вот за эти 2 месяца и случилось все, о чем я хочу рассказать. Моя малышка спала только днем - мама сказала «день с ночью перепутала». А я никак не могла так приноровиться, чтобы успевать отдыхать. И родители помогали, и сама не много делала, но только – как вывезу коляску с уже спящей доченькой в сад - так и сваливаюсь днем рядом на одеяле на траве – только тогда мне и спалось .
    Однажды просыпаюсь от дочиного плача – а коляску качает незнакомая девочка. Я только глаза открыла и приподнялась, а малышка уже замолчала, и девочка мне говорит тихонько: «Вы спите! Это она из-за птицы проснулась!» Мне спать не хотелось уже, когда по саду чужие люди ходят, пускай и дети. Я не очень довольно сказала ей «Спасибо» и покатила коляску ко входу в дом. Девочка тут же пошла на дорогу, но на дороге довольно долго стояла и смотрела на наш сад. В следующий раз я встретилась с ней в магазине. В нашей деревне магазина нет, он есть в соседней- за километра 2-3 от нас. Девочка стояла в магазине, когда я туда вошла. Она явно обрадовалась, поздоровалась и попросилась вместе обратно идти. Я, честно говоря, тоже обрадовалась – не скучно идти. Деревня очень маленькая, людей моего возраста и нет - обрадуешься любой компании. Вот за эти минут 40 мы с ней и подружились. Помню, что первый разговор - весь - был посвящен всем малышам - грудничкам и моей дочурке в частности. Девочка больше спрашивала, что да как в уходе, очень толково так - а потом призналась, что у нее только одна мечта – скорее вырасти и ребеночка родить. Я была очень удивлена. Ей на вид нельзя было дать больше 10 лет. Мне казалось, что девочки в таком возрасте не мечтают еще о собственных детях – о чем я ей и сказала. Она помолчала (думала, наверно), а потом очень рассудительно объяснила, что, конечно, сестренку еще лучше было бы, но это невозможно, потому, что бабушка очень старая родить, а больше некому.
    Вечером мама рассказала про мою новую знакомую, что это-единственный зимующий ребенок в деревне, ходит в школу за 3 километра, подруг здесь нет - вот и ищет общения девочка. Живет с бабушкой, родители неизвестно где - мама их за то время, что провела в деревне, ни разу не видела. А спросить – неудобно, да и не интересовало ее это …
    Малышка моя тогда была еще в том возрасте, когда ребенок мало играет, а больше спит, ест и плачет. Днем, когда она больше спала, я часто проводила часы со своей новой подружкой, все больше к ней привыкая. Однажды нарисовала ей бумажную куклу – и несколько одежек к ней (это - мое любимое занятие было в детстве). Куклу нарисовала младенцем – и одежки соответствующие. Принесла ей из дома в сад на стол, когда она пришла в очередной раз и села за этот стол на скамейку.
    Никогда не забуду эту сцену! Она смотрела на куклу долго-долго, наверно, минуту целую. Потом тронула рукой, приложила одежку - и повернулась ко мне такой красавицей! У нее глаза сияли, а улыбка была такая открытая - на все лицо! И она не просто кукле так обрадовалась, потому, что сказала: «Это Вы для меня нарисовали? Сами? Специально для меня?» Мне вдруг так захотелось ее обнять и поцеловать – и я не смогла сдержаться. Обняла ее сзади, сидящую, повернутую ко мне, чмокнула в макушку, и сказала - «Ты же у меня здесь лучшая подруга!» В этот момент послышался мамин голос «Давайте-ка, подруги, будем ужин собирать.» - и уговорила девочку ужинать с нами (она явно стеснялась, что не к месту). После этого иначе, чем «твоя подруга» мне в семье ее никто не называл.
    Муж приехал к самому грибному сезону. И почти все время пропадал в лесу и на речке (3 км от нас - там, где и магазин). Я понимала, как он устал на своих 2-х работах, и старалась отпустить его каждый день, пока была погода. Он, оказывается, был знаком с девочкой, она называла его «дяденька». И частенько составляла ему компанию за грибами. Я очень ревновала, но не так, как может показаться, а наоборот- я внутренне сердилась на мужа, что мне приходится делить с ним внимание и привязанность нашей маленькой подруги.
    Подходил к концу август - и отпуск мужа. И в одно утро (помню - был понедельник) к нам во двор зашли две женщины и стали спрашивать про девочку и ее бабушку. Я сначала ответила про бабушку - что ни разу ее не видела. А одна из женщин сказала «а вот Ваши соседи говорят, что девочка у Вас тут все время» Я подтвердила, что с девочкой вижусь часто, но она сама приходит, и бабушка никогда ее не ищет - девочка хорошая, ответственная - сама вовремя возвращается. Женщины поговорили еще с моей мамой, и , из этого разговора я поняла, что бабушка от девочки отказывается, и просит, чтобы с 1 сентября ее забрали учиться в интернат. Мама поохала, когда женщины ушли – и занялась моей дочкой, а я даже дочкой заниматься не могла – сослалась на головную боль, чтобы подумать можно было спокойно. На мужа я совсем не надеялась. Как-то мы смотрели по телевизору передачу про усыновление в России – и в ответ на мое «А ты бы взял?» он сказал - «Вот еще! Тут своих бы вырастить в такой экономической обстановке!» А мне ТАК хотелось забрать себе эту девочку. Я поревела слегка под одеялом, а потом стала мечтать, как бы я ее одела и причесала - и домечталась до того, что забыла действительность. Мою ее в своих мечтах в ванне в городе – она вся в пенке, смеется своей чудесной улыбкой - и тут меня обнимает муж. И ласково так спрашивает «Что мой зайчик пригорюнился?» Я как зареву, как ему на шею полезу - и сквозь рев говорю, как я эту девочку полюбила, как я о ней мечтаю, про женщин, про интернат. А он меня сильно-сильно к себе прижал и говорит: «Это моя дочь»
    Вот тогда только я узнала, почему мой муж, работающий «от зари до зари» так немного зарабатывает. А в деревне никто даже не знал об этом, потому, что случилась беременность у Девочкиной мамы во время проводов моего мужа в армию, женщина была старше его лет на 15 и замужем, поведения не самого примерного. Деньги, которые муж переводил ей на ребенка после того, как она ему (еще при жизни его матери) рассказала, чья у нее дочь - она никогда не давала своей матери, у которой и оставила девочку. Прав была лишена давно, а деньги получала все это время в нашем же городе переводами от мужа. Он только был уверен, что деньги ребенку достаются - мать все же.
    Все устроилось, даже в школу дочка наша старшая пошла в тот год рядом с нашим городским домом - правда, не 1, а 20 сентября. Мы не сказали ей о тайне ее рождения - мы так решили. Когда у меня бывают нелегкие моменты в жизни, стоит мне только вспомнить ее личико, когда мы, сидя в нашем саду на скамейке с двух от нее сторон, сказали ей «Будь нашей дочкой! Мы тебя будем любить и никогда не обидим!» - и все мрачное больше не кажется безысходным, а я вспоминаю - как я счастлива! А детей скоро будет трое, потому, что мы еще мальчика хотим. И средства позволяют уже.

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 8 октября 2013 12:14

    14. Когда впервые я увидела своего мужа – подумала, что хотела бы, чтобы у моего ребенка был такой отец. Он и в самом деле настоящий. А выглядит – просто супермужчина. Я влюбилась задолго до взаимности. Мне не так уж важно было – женат или нет. Я ни на что не рассчитывала сначала – просто упивалась собственными чувствами. С того дня, когда он извинился, задев меня коробкой, которую вносил в наш отдел – моя жизнь приобрела гораздо более яркие цвета, звуки и запахи.
    Когда я поняла, что интересую его больше, чем все остальные женщины вокруг – мне показалось, что все желания исполнены. Но пришел день, когда он уже был родным и единственным, а я все еще не знала, как и с кем он живет. Да, так бывает. Мы говорили обо всем на свете, кроме этого – так получилось. И я узнала, что он не свободен тогда, когда ничего не могла изменить в своем сердце.
    Впрочем – это была не женщина. Женщина довольно давно жила за границей с новым мужем. Мой муж был отцом уже двоих мальчиков – на момент нашего знакомства шести и тринадцати лет.
    Я проревела всю ночь, когда узнала об этом. Я так мечтала о том, что подарю своему мужу первенца! Я так сама мечтала о ребенке! Но я представить себе не могла такого удара. Не понимала, как могло это случиться со мной.
    Мать забирать детей к себе не собиралась. Жили они с моим мужем и никто ему не помогал (его родители умерли). Я смирилась – и собиралась как- нибудь построить отношения с чужими детьми, раз уж это – непременное условие моего счастья. Но не тут-то было. Старший объявил мне войну. Начал он с того, что в первый же совместный вечер нахамил мне. Мой муж (тогда еще просто – любимый) накричал на мальчишку – и мне стало легче. С младшим может быть у меня что-нибудь и получилось бы, если бы старший не науськивал его на неповиновение и грубость ко мне. Я просто возненавидела этот тринадцатилетний комок злобы. Стыдно признаться – однажды я тихо прошипела ему, что найду способ отомстить за все. Он ответил непристойностью.
    Я очень сильно люблю своего мужа – я рассчитала , что в восемнадцать смогу отправить маленького злодея «на свой хлеб» - и, таким образом, терпеть всего-то пять лет. Младший меня так не раздражал. Муж занимался детьми сам – я могла позволить себе не видеться с ними. И почти не виделась первые несколько недель совместной жизни. А потом случилось страшное.
    Младшему из сыновей мужа нужно было пройти медосмотр к школе. Муж сам водил его в поликлинику, из поликлиники отвел в сад. А в обед позвонили мужу на работу (мы работаем вместе) – и он побелел и схватился руками за стол. У мальчика обнаружили острый лейкоз.
    В отделении онкогематологии все дети – с мамами. Муж позвонил бывшей жене. Она оказалась беременной на большом сроке – не могла ни прилететь, ни помогать. Выслала деньги – вот и все. И я стала объяснять ребенку, что папа его любит, но он должен зарабатывать деньги – а в больнице ему буду помогать я. И осталась.
    В тот момент я старалась помочь не столько чужому ребенку, сколько своему родному мужу. Я старалась «быть хорошей». Но спустя несколько месяцев лечения, больничного быта, и общения 24 часа в сутки – я полюбила этого ребенка так, как только могу любить. Я и раньше слышала мысль, что больше всего мы любим собственные усилия, вложенные в объект любви. Наверно, у меня именно такой случай. У нас стойкая ремиссия – уже 5 лет, еще немного – и, может, снимут инвалидность. Но рассказ не только об этом. В то время, как с младшим мы становились все более родными, старшего я не видела почти – и муж, мечущийся между работой, больницей и домом почти его не видел. Взывал к его сознательности, братским чувствам. Но старшего «носило». Муж не просто был им недоволен – он уже даже мне на него жаловался. И – странное дело - чем ужаснее вел себя старший, чем больше был зол на него муж – тем больше мне хотелось его пожалеть. Я еще в больнице, разговаривая с малышом, стала спрашивать его о старшем. И однажды вдруг почувствовала необходимость увидеть его. Это было на третий месяц в больнице. Еще полным ходом шло лечение. Еще было страшно и ничего , казалось, не существовало, кроме борьбы с бластными клетками. Я помню, как после химии, уложив малыша и дождавшись, чтобы он заснул, я помчалась домой. За три страшных месяца от меня прежней не осталось и следа. Я так изменилась, что теперь, иногда, вспоминая времена до болезни (вот, как сейчас) – ужасаюсь собственным мыслям и поступкам «до».
    Открыла дверь – музыка на весь дом, школьный рюкзак в коридоре под ногами, остатки еды на кухне везде, старший валяется с телефонной трубкой в руках. А у меня – ни раздражения, ни досады – одно желание – выполнить задуманное. Смотрит на меня и разговаривает дальше – делаю ему знаки, что мне нужно поговорить. Закрывает трубку рукой и спрашивает «Что с малым?» Я отвечаю «спит, я приехала с тобой поговорить». Сказал еще пару фраз в трубку – и положил. Руки на груди скрестил «Что надо?». А я ему говорю « ….! Я тебя умоляю, пожалуйста! Если тебе дороги брат и отец, ради них – давай мириться! Ну прости меня! Мне кажется, пока мы не помиримся с тобой – не пойдет выздоровление.» А он рук не разнимает – «Как ты себе представляешь – помиримся?» Я говорю, первое, что в голову пришло – «Иди ко мне, давай обнимемся!» и он – пошел. Неловко так, но пошел. Я его обняла, а он как истукан стоит. И мне так захотелось его расшевелить – я его обнимаю, одной рукой голову к себе прижала, целую в макушку и говорю «я тебя не подведу, ты мне нужен, ты мой …» и в эту минуту входит муж. Как в плохом кино. И видит эту сцену. Мальчишка от меня просто отпрыгнул – и шмыгнул в свою комнату. А муж ему вслед кричит «куда ты ломанулся – а ну, иди сюда!» И - никакой реакции на виденную картину. Я – и то оторопела, когда он стал отчитывать ребенка за беспорядок. «Я,- кричит , сколько тебя просить буду не гадить в квартире., как кот шкодливый?» А в больнице у нас он с утра уже был – и был такой ласковый. Поняла я , что не только от старшего мужу достается, но и наоборот – все свое раздражение и усталость муж на нем , бедном, оставляет – чтобы с нами в больнице быть терпеливым и спокойным. И я тихонько стала мужу об этом говорить – защищать старшего. Минут 20 мы так поговорили, муж сказал, что опаздывает, взял то, за чем приходил – и убежал. И тут дверь открывается – и в комнату входит просто неземной красоты создание – такая улыбка у ребенка ангельская оказалась. И приятным таким голосом говорит мне, что сейчас все уберет – и что я могу не переживать. Я собрала чистое в больницу, готовлюсь уходить, говорю ему (а он уже убирает) « Ну, что, ребенок, пока?» и он –ловко так, будто мы всю жизнь вместе – одной рукой меня за шею – и поцеловал в щеку. «Пока. Малому – привет.» Мы не ссорились больше ни разу за пять лет. Мать их не приезжала ни разу – только деньги присылает. Младший называет меня мамой давно – с первого месяца в больнице. А старший – совсем недавно стал звать «ма». Я люблю их так же, как и мужа. И даже не думаю о еще одном ребенке – мне моих двоих достаточно пока. Вот, если совсем инвалидность снимут…впрочем, старшему уже восемнадцать – еще немножко – и уведет моего сыночка какая-нибудь девочка. Я ее тоже любить готова – за то, что ее выберет наш ребенок. Только бы все были здоровы…

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015
  • ghigik Member
    офлайн
    ghigik Member

    346

    11 лет на сайте
    пользователь #237889

    Профиль
    Написать сообщение

    346
    # 10 октября 2013 16:26

    Фиджа, спасибо, пишите еще.

  • Фиджа Senior MemberАвтор темы
    офлайн
    Фиджа Senior Member Автор темы

    9006

    15 лет на сайте
    пользователь #69282

    Профиль
    Написать сообщение

    9006
    # 4 марта 2014 10:39

    15. Подруга моего сына, скажу честно, мне не понравилась сразу: из маленького городка, с печатью провинциальности в манерах и лице, ничего еще не добившаяся в жизни, но самоуверенная и нескромная. Выводы эти я сделала из нескольких случаев, когда мы с мужем, возвращаясь с дачи, заставали ее у сына в комнате. Она, как правило, уходила не сразу. Уходя же, старалась попасться нам с мужем на глаза. Мы спокойно здоровались. С нашим сыном (ему к тому времени было уже 28 лет, он заканчивал аспирантуру) говорить на темы его подруг (а эта, разумеется, была не первая) было невозможно с самого начала – лет с 20. И все же я озвучила ему свои пожелания на этот счет: мне хотелось бы видеть рядом с сыном образованную девушку из столичной семьи, хорошей внешности, под стать сыну, и с приличными манерами. Сын об этом знал, и, мне казалось, стеснялся той подруги. Спустя год или около того, она перестала появляться у нас, и почти сразу ее сменила девушка, которая понравилась и мне, и мужу. Сын к тому времени, когда заговорили о свадьбе, закончил аспирантуру и готовился к защите. Поэтому было решено, что свадьба состоится после защиты. Я была очень довольна окончательным выбором сына, муж тоже не скрывал симпатии к будущей невестке.
    В это счастливое время я и увидела предпоследнюю девушку сына – "провинциалку", как мы называли ее между собой с мужем. Она стояла передо мной в очереди к кассе универсама "Центральный", и выйти с тележкой в другую кассу я уже не могла. Она, увидев меня, поздоровалась, я тоже, обменялись несколькими ничего не значащими любезностями, когда она уже расплатилась, и, кивнув мне на прощание, уходила от кассы, мне показалось, что она беременна. В тот момент мне настолько не хотелось узнавать об этом наверняка, что я отвернулась к кассиру.
    Дальше жизнь полетела вскачь: сын защитился, был замечательный банкет по этому поводу, мы с мужем были счастливы и горды. На этом банкете сын объявил о предстоящей свадьбе, и, спустя полгода, женился. Свадьба была праздником – сыну и невестке во вкусе не откажешь - все было в меру, очень достойно и красиво. А после свадьбы выяснилось, что жизнь в нашей стране в планы невестки не входит, что она уже нашла и себе, и сыну работу (она – топ – менеджер со знанием двух языков) – и они уехали сначала в Германию, а, спустя год – в Америку, в Сан- Франциско.
    Забегая вперед: за все 7 лет их жизни в Америке мы были там дважды по месяцу. Говорят, это много. Но у нас - то был один сын. Нам с мужем после отъезда стало тоскливо и одиноко. В первый наш приезд дети купили дом, по американским меркам очень маленький и скромный, но в хорошем месте – ближнем пригороде Фриско (так дети называли город между собой). Когда я спросила, не собираются ли они порадовать нас внуками, невестка засмеялась, и сказала, что дети, конечно, будут, но тогда, когда их родители будут уверены в завтрашнем дне. Невестка младше сына, могла и не торопиться, возраст позволял. Родители невестки в довольно скором времени тоже уехали – к сыну, родному брату невестки, в Израиль. У того жена – еврейка, по какой – то программе обучалась в Израиле сразу после школы, а получив образование, вызвала к себе будущего мужа, свою школьную любовь и своих родителей, и родителей мужа. Родители невестки, очень достойные люди, довольно часто нам звонили, держали в курсе всех дел своей большой израильской семьи, и мы знали, что они от своей невестки просто без ума, она всех устроила , всем нашла работу и учила языку. Но- самое главное- она родила одного за другим четверых детей, и разговоры всегда рано или поздно сводились к главным новостям – всему, что касалось этих гениальных детей. Нам слали по электронной почте их фотографии - они там всегда были на руках у бабушек – дедушек. Мне все чаще вспоминалась наша "провинциалка". Странно, но мне уже хотелось, чтобы она действительно тогда была беременной – по времени это означало, что , вероятнее всего, она носила нашего внука. И однажды, после очередного счастливого монолога невесткиной мамы, я решила попробовать найти эту девушку. Через друга сына, оставшегося в Минске. Друг как – то очень быстро нашел мне ее координаты. Выходило, что из Минска девушка вернулась домой, в маленький городок. Мужу свои намерения я раскрыть не решилась – уговорила его устроить нам экскурсию в местный разрушенный замок – я, дескать, мечтаю прикоснуться к истории (зря я так иронично – я ведь и в самом деле очень люблю все древнее, экскурсии и свою страну ). Муж согласился, мы по телефону заказали места в местной гостинице – и поехали. Как я и рассчитывала, муж, проведший за рулем несколько часов, устал, и позволил мне походить одной по городку "только рядом с гостиницей". К руинам замка мы планировали выехать завтра. Я пошла по адресу, который мне дал друг сына. Городок и в самом деле оказался таким маленьким, что его можно было пройти из конца в конец за полчаса. С помощью местных жителей я разыскала искомый адрес за минут 10-15. Вошла в подъезд. Меня потряхивало. Еще выходя из гостиницы приняла «Новопассит». Шел уже третий год, как наши дети были в Америке. Я прикинула, сколько должно быть ребенку, если девушка и впрямь была беременна – лет 5 приблизительно. Еще я строила планы, как узнать в случае, если ребенок есть – действительно ли он – наш внук. И с этими мыслями позвонила в нужную дверь на втором этаже. Услышала быстрый топот за дверью, щелкнул замок – и, хотя дверь мне открыл взрослый, я не сразу перевела взгляд на него – мои глаза наполнились слезами так быстро, что я просто не успела взять себя в руки – передо мной, рядом с открывшим мне взрослым, стояла – я сама в 5 лет. Ужасная секунда осознания, как я выгляжу со своими слезами – и я перевела взгляд на взрослого – мужчину моих лет с добрым интеллигентным лицом. Все слова улетели в этот момент из моей головы. Я забыла все приготовленное, краска бросилась в лицо вслед за слезами. И в этот момент в коридор вышла наша "провинциалка". И очень просто, как будто приезд мой – давно запланированное мероприятие, сказала – "Здравствуйте, …… ………! Папа, знакомься, это - …….. мама. Доча – это – твоя бабушка" И самый чудесный ребенок в мире, не ломаясь , не стесняясь, сказал "Привет, бабушка! А почему ты так долго никогда не приходила?" На что я пробормотала что – то не стоящее того, чтобы это вспоминать. Внучка повела меня в комнату, ее мама и дедушка оказали мне такой прием, которого я, право же, была недостойна. И, договорившись о завтрашнем визите с мужем, я поспешила вернуться в гостиницу. Трудно пересказать разговор с мужем – я не скрыла ничего, включая и сцену в "Центральном". Я вообще в тот вечер дала себе слово остаток жизни постараться не грешить ни в чем.
    Муж, увидев внучку, воскликнул потрясенно "это – твоя копия!" (мы с мужем знакомы с его 8, а моих 3 лет – были соседями по площадке). А внучка сказала "а вот и нет – я еще не бабушка" Был изумительный вечер – лучше, чем защита сына, чем даже свадьба. Смеялись, строили планы и поехали все - таки посмотреть на замок – внучкин второй (вернее – первый) дедушка оказался учителем истории. Как эти воспоминания дороги!
    Вот уже 4 года мы живем вместе – с мужем, дочкой и внучкой. Квартира у нас большая и приватизированная – так что прописать наших родных девочек не составило труда. Папа старшей девочки остался в своем родном городке преподавать в родной школе, хотя мы с мужем хотели устроить его в Минске, чтобы не лишать семьи. Ездим к нему все по очереди, чаще всех – мой муж, они стали настоящими друзьями. Внучке, солнышку нашему, уже 9 лет. Умница невероятная. Теперь мне очень приятно слышать новости невесткиных родителей про внуков. И фотографии нашей красавицы я посылаю в Израиль регулярно.
    А во второй раз в Америку мы летали с ней вместе. У дочки нашей, внучкиной мамы, как раз было начало беременности, ее положили на сохранение – а муж ее с ней остался. Да, конечно замуж вышла, и не лишь бы за кого – мы же сами и познакомили, он – мужа аспирант, очень достойный человек.
    Внучке в Америке тоже не понравилось. Она рада была увидеть настоящего папу, но очень скучала по маме. Улетала с радостью. Сын наш насмотреться на нее не мог, теперь вот ждем – не соберутся ли все – таки стать родителями американцы наши…Я так счастлива! У меня есть уже внучка – третьеклассница и годовалый внук. Девочка наша, которую когда – то мы называли "провинциалкой" - настоящая наша дочь (мама у нее умерла за год до ее выпускного). Стало быть, и дети ее - настоящие наши внуки. Скоро наша дочь защищается – будет кандидатом наук . Умница невероятная! Муж думает, что и докторскую когда – нибудь осилит. Вот, смотрите /и женщина достает из старомодного «ридикюля» фотографию/ – правда, какое благородное лицо? А вот – внучка…сын…невестка…муж (возвращается к первой фотографии , прижимает ее к губам, прячет все обратно) весь иконостас мой, Господи прости.

    История рассказана в поезде, на вокзале женщину (лет 60) встречали красивый высокий молодой человек с девочкой . Женщина , увидев их из окна в коридоре, сказала мне с гордостью "Зять!". Девочка действительно очень похожа на женщину, даже при такой разнице в возрасте заметно.
    Увидев бабушку в тамбуре, девочка звонким голосом крикнула "Папа! Бабушка! Бабулечка! Мы соскучились как! И я, и мама, и дедушка …..папа, ты соскучился? (молодой человек смеется и кивает) – и папа, и …..(видимо, имя братика )" Занавес…

    Мама Ивана 1998, Ильи 2000, Марии 2009, Софии 2012 и Елизаветы 2015