По моим подсчетам, только айтишники перечислили за три дня миллион долларов [на счет Минздрав]. ...Перечислив деньги, я почувствовал определенную тственность, что «подбивал» других это делать, и решил-таки разобраться, в чем на самом деле нуждается Минздрав.
Тут, собственно, все и закрутилось…
Небольшое лирическое отступление. Если спросить, о чем я думал в тот момент, то лучше всего мое отношение к происходящему опишет такая картина: представьте, что горит ваш дом и у вас есть выбор: спасать имущество всеми силами до прибытия пожарных или выяснять отношения с тещей и постить в соцсетях, как у вас все дома плохо и дышать тяжело. В общем, я за то, чтобы вначале спасать, а разбираться потом. Тем более что, с моей точки зрения, звонок в условный Минздрав с вопросом, чем помочь, и написание поста в фейсбук занимает примерно одинаковое время.
...
После общения с Минздравом стали понятны несколько вещей:
благотворительный счет — это хорошо, но распределение средств оттуда требует выполнения определенных бюрократических процедур, и это занимает время;
большинство старых связей по закупкам оказались разорваны в эпоху коронавируса. Большинство стран закрылись, многие поставщики переключились на внутренний рынок. Это добавляло проблем, так как, по сути, означало, что если мы хотим помочь и быстро — то нужно искать и доставать эту помощь самостоятельно;
бюджет на закупки только самого необходимого оказался немалый, поэтому параллельно с поиском, где это все закупать, я начал искать деньги.
...Определенную сумму я готов был дать из своих сбережений, но нужно было в разы больше, поэтому я пробежался по нетворку и получил согласие от нескольких людей. Они были готовы поддержать кампанию примерно в том же объеме, что и я, но этого тоже было недостаточно.
Пришлось потратить еще некоторое время на общение с руководством одной крупной компании, но тут повезло: мы быстро нашли взаимопонимание. Таким образом, доступ к финансам был, теперь нужно было где-то что-то закупить.
...
Итог:
Во-первых, все эти проблемы с переговорами, переносами и прочим — решаются. Надо просто сразу быть готовым к тому, что будет непросто, и иметь запал на то, чтобы их решать ([пришлось закупаться] по космической цене (примерно в четыре раза выше, чем она была месяц назад).
Во-вторых, пока решался вопрос с большой партией, мне и моей команде удалось познакомиться с десятками людей, работающими в системе здравоохранения и не только. Мы смогли помочь:
лабораториям Минздрава, закупив оборудование и тест-системы, тем самым увеличили их производительность на ранних этапах;
больницам, закупив расходники и оборудование (кислородные концентраторы);
Минздраву, перечислив средства на благотворительный счет;
образовательным учреждениям, закупив антисептики и маски;
белорусским компаниям — производителям медицинской продукции.
В-третьих, и это самое главное, мы подали пример и привлекли многих людей и компании, которые просто растерялись и не знали, как именно они могут помочь. И я вижу, что мы не одни такие. По всей стране компании, предприниматели и просто активные люди готовы помогать: деньгами, временем, своими услугами.
...
Мораль истории такова (хотя она еще не закончилась): если уж белорусам суждено подхватить какой-то вирус, то пусть это будет вирус взаимопомощи, который позволит оставить на время все разногласия, и каждый «зараженный» в меру своих сил сделает что-то полезное. Что-то — чтобы изменить ситуацию в лучшую сторону для всех. Главным симптомом такого вируса будет полная потеря возможности видеть преграды на своем пути (видим только возможности), активная позиция (помочь, чем имею, где я есть, прямо сейчас), отсутствие желания ныть и жаловаться в соцсетях, отсутствие страха и боязни сделать что-то неправильно.