Довольно свежая статья. Автор поработал с источниками. Искомые ответы.
https://ru.themoscowtimes.com/2025/09/07/predeli-amerikanskoi-mos ... ya-a173761
К концу войны США располагали вооруженными силами численностью 12 млн человек. Для страны с населением 132 млн — очень неплохой показатель, не превзойденный даже СССР, в котором по переписи 1939 года проживало 170 млн. Проблема заключалась в структуре американской военной машины. Флот и ВВС поглотили колоссальные людские ресурсы — 3,3 млн и 2,4 млн. человек соответственно. Из оставшихся у армии 8,3 млн непосредственно в сухопутные войска (Army Ground Forces, AGF) — то есть дивизии и придаваемые им части усиления — попало всего 2,8 млн. Остальные, по едкому замечанию командующего AGF генерала Макнейра, превратились в «невидимую орду людей», занятую гарнизонной службой и тыловым обеспечением на огромных логистических цепочках по всему миру.
Что это означало на практике?
Когда в 1941-м США вступили в войну, американское командование, все еще опасаясь краха СССР, рассчитало, что в таком случае для победы над Германией и Японией потребуется 334 дивизии. Вполне разумная цифра, ведь немцы в годы Второй мировой имели в действующей армии 250-270 дивизий (всего сформировав их порядка 550), а японцы к концу войны располагали 145 дивизиями. Но выяснилось, что с наличными людскими ресурсами американцы и близко не приблизятся к этим цифрам. Невозможно иметь сразу «все самое большое» — и флот, и авиацию, и армию.
США ограничились формированием 89 дивизий (плюс 6 дивизий морской пехоты), из которых в Европе воевали 68. С учетом 26 британских этого хватило, чтобы сломить сопротивление немцев на Западном и Итальянском фронтах. Но это при условии, что 60-70% сил вермахта оттягивал на себя советско-германский фронт.
... Но даже в сложившихся в реальности весьма благоприятных условиях американская армия в Европе осенью-зимой 1944 года испытывала острый кадровый голод. С момента высадки и по конца сентября она потеряла 152 тыс. человек, включая 36 тыс. убитыми и пропавшими без вести. Сравнительно небольшие по меркам Восточного фронта потери, но поскольку 95% из них приходилось на пехотинцев и танкистов, то вскоре оказалось, что американским дивизиям банально некого посылать в атаки.
К этому моменту армия США уже получила всех людей, которых можно было изъять из экономики страны, не ставя под угрозу ее задачу быть промышленным арсеналом для всей Антигитлеровской коалиции. Свободных людских ресурсов на гражданке не осталось, до самого конца войны в Америке отмечалась полная занятость. Военным предложено было справляться с «пехотно-танкистским кризисом» своими силами. И на передовую стали пачками бросать связистов, зенитчиков, писарей, поваров. В AGF перевели даже 24 тыс. курсантов училищ ВВС. О пехотном бое весь этот контингент имел представление весьма туманное, а обучать его было некогда — что логично привело к новому витку потерь.
Вот типичная история из мемуаров Белтона Купера, офицера ремонтного батальона американской 3-й бронетанковой дивизии. В разгар Арденнской битвы он получил приказ укомплектовать экипажами 17 новых танков, для чего было прислано 17 механиков-водителей, только что выпущенных из учебки, и 35 свежеиспеченных пехотинцев, большинство из которых до этого даже не видели танк вблизи. Но приказ есть приказ: каждого мехвода снабдили двумя солдатами, которым наскоро показали основные детали оборудования и дали по три раза выстрелить из башенного орудия. После нескольких часов такого «обучения» танки отправились на фронт, и вскоре Купер обнаружил 15 из этих 17 машин подбитыми и сгоревшими. Уцелел ли кто-то из экипажей, и сколько? — осталось ему неизвестным. «Увы, подобной трагедии предстояло повторяться еще не раз», — резюмирует он.