Россия помогла Белоруссии кредитом в обмен на взаиморасчеты в рублях
Россия предоставила Белоруссии двухмиллиардный кредит, уже второй за последний год. Помощь от России пришла в момент, когда перспективы достижения договоренности об аналогичном кредите со стороны МВФ стали достаточно туманными. Одним из главных условий кредита стал переход на российские рубли в оплате поставок нефти и газа. С политической точки зрения Россия безусловно выиграла, поскольку за не очень большую сумму денег смогла частично восстановить пошатнувшиеся в последнее время отношения с западным соседом.
Из-за глобального экономического кризиса многие страны Восточной Европы оказались в непростом положении. Свойственная региону финансовая нестабильность и зависимость от потока зарубежных кредитов, который начал быстро иссякать, достаточно быстро поставила точку в почти 10-летнем беспрерывном экономическом росте. Латвия и Эстония уже объявили о падении ВВП, на очереди, возможно, Венгрия и Украина. От неприятностей не спасает ни членство в ЕС, ни относительная закрытость экономики, как в той же Белоруссии.
Макроэкономические показатели последней выглядели относительно неплохо. В частности, рост экономики превышал 10-процентный уровень. Однако все это было в прошлом, до начала острой фазы кредитного кризиса на Западе. Сейчас наверняка стоит ожидать снижения этих цифр. Так рассудило и рейтинговое агентство Standard & Poor's, понизив прогноз по кредитному рейтингу страны (сейчас B+ в долларах). Аналитики агентства предупредили о довольно опасной тенденции роста дефицита платежного баланса страны (до 3,6 миллиарда долларов или 7 процентов ВВП). Все это объясняется общим экономическим спадом в регионе и, соответственно, падением спроса на белорусскую продукцию.
Поэтому неудивительно, что уже с середины сентября белорусские официальные лица начали зондировать почву относительно возможной поддержки извне. Национальный долг страны относительно невелик (всего 18 процентов от ВВП, для сравнения, в большинстве стран Европы он колеблется в интервале 30-80 процентов). Однако возможности его покрытия также ограничены: золотовалютные резервы составляют 50 процентов от всего долга, и только 125 процентов от краткосрочных обязательств, которые необходимо погасить в течение года. Без иностранной помощи в той или иной форме Белоруссия могла бы быстро истратить резервы и лишиться таким образом инструмента для стимулирования экономики в случае, если кризис затянется. А судя по мрачным экономическим данным, выходящим чуть ли не ежедневно, так оно и будет.
Интересно, что поначалу Белоруссия рассчитывала на поддержку со стороны МВФ, подчеркивая, что хочет получить кредит не из-за текущих сложностей, а на случай крайней необходимости. Но на этом фронте больших успехов не снискала. Известно, что фонд просто так кредитов никому не выдает, а требует взамен покорности в вопросах экономической политики. Не случайно многие эксперты ожидают перехода Украины, которая уже получила от МВФ 16 миллиардов долларов, под "экономическую диктатуру" этого института. Вредность или полезность советов МВФ - тема для отдельного разговора. Но в любом случае экономика Белоруссии, с ее активным вмешательством государства (а МВФ против этого участия активно возражает) весьма своеобразна, и деятельность
фонда там явно пришлась бы не по вкусу.
В этих условиях Александру Лукашенко ничего не оставалось, как обратиться за поддержкой к Москве. Хотя отношения между государствами в последнее время заметно охладились из-за двойственной позиции Белоруссии по поводу осетинского конфликта, они все-таки не столь плохи как с некоторыми другими ближайшими соседями России. А при наличии общих интересов временные трудности преодолеть вполне реально .
Россия сейчас ведет переговоры с Исландией о предоставлении стабилизационного кредита. Хотя золотовалютные резервы Москвы тают на глазах, они по-прежнему остаются третьими в мире с большим отрывом от всех ближайших преследователей. При наличии "в заначке" 480 миллиардов долларов, выделить всего шесть миллиардов - не такой уж большой вопрос. Однако на какой стадии сейчас находятся эти переговоры, сказать сложно. В любом случае, Исландия даже после успешной сделки с МВФ (который выделит ей 2 миллиарда долларов) по-прежнему нуждается в деньгах. Будет ли Россия помогать ей, или нет, неизвестно, однако со стороны это выглядит как элемент политического и экономического пиара.
В ситуации с Белоруссией причина для поддержки со стороны России гораздо более очевидна. Помощь в меру своих сил соседу, товарооборот с которым составляет многие миллиарды долларов, в конечном итоге принесет пользу и собственной экономике. С учетом же денег, которые Дмитрий Медведев анонсировал на стимулирование российского хозяйства (200 миллиардов долларов), "белорусские" два миллиарда как-то теряются.
Данный кредит станет вторым за последний год, после того в конце 2007 года Минск получил от России полтора миллиарда долларов на оплату поставок углеводородов. В этот раз помощь будет разделена на два транша - один пройдет в конце текущего года, другой в начале следующего.
Впрочем, помощь от России сейчас будет далеко не односторонней. Москва поставила условие, которое Лукашенко готов выполнить, а именно - переход на расчет оплаты газа и нефти в рублях. Это значительная экономическая победа Кремля, поскольку более надежно привязывает белорусскую экономику к российской. Кроме того, выполняется одна поставленных руководством России задач экономической политики - более активному использованию отечественной валюты во внешнеторговых операциях. Первой на очереди стала Белоруссия, однако в дальнейшем подобные соглашения могут быть заключены и с другими соседями России вплоть до Китая.
Насколько далеко продвинется российско-белорусское экономическое партнерство после такого неожиданного "потепления", сказать сложно. Но можно наверняка констатировать, что при углублении кризиса связи будут более крепкими. Дело тут не в том, что белорусская экономика является какой-то особенно слабой и нуждающейся в поддержке извне. Просто нынешние потрясения в мировой финансовой сфере наносят наибольший удар по небольшим странам, не обладающим сильным внутренним рынком и живущим во многом за счет доходов от торговли. Такие государства неизбежно будут тянуться за помощью к более сильным. Не стоит сомневаться, что сильные используют эту зависимость в своих интересах.
